Комната стала ледяной, тёмная фигура в углу будто высасывала из неё всю жизнь. Ава не знала, кто это, но чувствовала зло, волнами исходящее от него. Она должна была бы испугаться. Где-то на задворках сознания бил тревогу сигнал, пытаясь предупредить её, заставить насторожиться, бояться. Но она онемела. Онемела перед страхом, перед ужасом. Ей просто было плевать.
— Тебе правда так хочется узнать? — ухмыльнулась она в темноту.
Может, там вообще никого нет, — подумала она. — Может, её сломанный разум просто выдумывает воображаемых друзей.
От этой мысли у неё вырвался ещё один смешок.
Медленно скрытое в тени присутствие двинулось вперёд, выходя в тусклое свечение лампы, висевшей над ней.
Сначала она опустила взгляд вниз и увидела блестящие чёрные туфли. Такие блестящие, что в них отражался свет. Её взгляд пополз выше, скользя по его чистым, безупречно выглаженным классическим брюкам, такому же чёрному жилету, а затем по гладкой белой рубашке на пуговицах под ним. Рукава были закатаны, открывая мускулистые руки, покрытые чёрными татуировками — сотнями форм и символов, которые Ава даже не могла понять.
Её взгляд ещё на мгновение задержался на татуировках, заинтригованный этими таинственными знаками, а потом наконец продолжил путь выше, скользнул по мускулистой груди и остановился на красивом лице. У мужчины была сильная линия челюсти, покрытая густой щетиной. Его угольно-чёрные волосы были гладко зачёсаны назад в аккуратную, безупречную причёску, волосок к волоску. Он выглядел как плейбой-миллиардер. Но затем её взгляд остановился на его глазах. У неё перехватило дыхание, когда они уставились на неё в ответ.
Жуткие, неестественные жёлтые глаза, пристально впившиеся в неё.
Мужчина сделал ещё одну затяжку сигарой, выпуская в воздух кольца дыма и не сводя с неё глаз. Медленно по его выразительному лицу расползлась улыбка.
— А ты дерзкий маленький зверёк, да? — сказал он с густым ирландским акцентом, которого Ава ранее не уловила.
Он подошёл ближе, его взгляд скользнул по её телу и снова остановился на лице.
— И к тому же красивый маленький зверёк, — добавил он, и его улыбка стала шире.
— И кто ты? — спросила Ава, когда любопытство взяло верх.
Раньше она не видела этого мужчину — или монстра, чем бы, мать его, он ни был. И в комнату он тоже не входил через дверь, как обычный человек.
— Или что ты вообще такое? — добавила она, чуть склонив голову и оглядывая его сверху вниз.
Может, я могла бы его выпить? — подумала она, голод взверел в ней с такой силой, что саму её это поразило.
— Ай-ай-ай, маленький зверёк. Я не для того, чтобы меня пили. Хотя это было бы самым сладким из всего, что когда-либо касалось твоих губ, — поддразнил он, обходя её кругом и делая ещё одну затяжку.
Когда он остановился перед девушкой, она снова спросила:
— Кто ты?
Разве я не должна бояться это существо? Я же чувствую, насколько он злой, — растерянно подумала она, ожидая, когда страх наконец возьмёт верх. Когда он встряхнёт её, вернув ей хоть каплю здравого смысла. Но снова этого не произошло.
— А̀ну изрядно над тобой поработал, да? Никто ещё не сидел передо мной и не чувствовал страха, — в его голосе не было злости, но она видела любопытство, глядящее на неё в ответ.
— Я Асмодей. Один из Архидемонов Ада.
Ава уставилась на него, слегка ошеломлённая.
Архидемон? Ад? Что, блядь, вообще происходит?
— И зачем Архидемону — кем бы, ад меня подери, это ни было — опускаться до того, чтобы сидеть в этой камере с такой, как я? — спросила она у него.
Асмодей запрокинул голову и расхохотался, его смех эхом раскатился по комнате. Затем он снова пригвоздил её жёлтыми глазами, ухмыляясь от уха до уха.
— Ты завораживаешь, маленький зверёк. Да, ты подойдёшь просто прекрасно, — он усмехнулся, шагнул вперёд и присел перед ней на корточки.
Медленно он поднял два пальца к её лбу.
Ава дёрнулась, уходя от его прикосновения.
— Что ты делаешь? — резко бросила она, в ней стремительно поднималась ярость от одной мысли о том, что кто-то снова пытается к ней прикоснуться, снова пытается причинить ей боль.
— Расслабься, зверёк. Это совсем не то. Я просто немного загляну внутрь. Хочу узнать, чем занят мой брат, — прошептал он.
Он читает мои мысли. Он вообще настоящий?
— О, я настоящий, не волнуйся. А теперь замри, — приказал он и коснулся кончиками пальцев центра её лба, а его жёлтые глаза ярко вспыхнули, как светящиеся шары в полумраке комнаты.