Маалик пожал плечами.
— Не знаю. Просто предчувствие. Тебе не кажется слишком большим совпадением, что Люцифер пытался вырваться из Ада, а А̀ну примерно в то же время получал приказы от какого-то демона создать армию?
Роман откинулся на спинку кресла, глядя на раскинувшийся внизу город.
— Когда ты так это формулируешь, трудно не подумать именно так. Можешь связаться с вампирскими кланами и попросить их захватить нескольких из этих новообращённых, чтобы мы сами их допросили?
— Уже попросил, — он едва заметно улыбнулся Роману.
— Хорошо. Дай мне знать, когда они кого-нибудь поймают. Мы с Фениксом отправимся с тобой и посмотрим, что они нам расскажут.
Маалик вскинул бровь.
— А как же Люциан и Армарос? Обычно они тоже проводят допросы вместе с вами.
— Люциан сейчас с Ариэль, пытается выследить ведьму-одиночку, которая помогла ей спрятать Шарлотту, когда та была младенцем. Ариэль уверена, что та знает, где находится Арэлла. Или, по крайней мере, сможет направить их в нужную сторону. Люциан никого не слушает, даже Ариэль. Он не остановится, пока не найдёт Арэллу. В последний раз, когда я связывался с Ариэль, они были в Греции, но собирались в Шотландию или Исландию? В одну из этих двух, в любом случае. Армарос сейчас охотится на Тору. Он считает, что Шарлотта не будет в безопасности, пока ту не найдут.
— У него что, провалы в памяти? Он забыл, как твоя крошечная истинная пара оторвала голову Архидемону? Почти что зубами, — тихо усмехнулся Маалик.
— Боже, она великолепна, правда? — по лицу Романа расплылась широкая ухмылка.
Маалик не смог сдержать смех при виде того, насколько сильно его брат влюблён. Он видел, как тот мрачно замыкался в себе и взваливал на плечи вину всех ангелов. Тысячелетиями нёс на себе всю ответственность за их падение. Видеть его счастливым, влюблённым и наслаждающимся жизнью было для Маалика очень важно. Никто не заслуживал счастья больше, чем его брат. И Маалик всегда будет следить за тем, чтобы никто у него этого не отнял.
Особенно Люцифер.
— Может, я смогу увезти Аву куда-нибудь, когда она немного восстановится. Туда, где безопасно, туда, где тихо. Я смогу помочь ей привыкнуть к тому, что она стала вампиром. Научу её правильно о себе заботиться. Тогда тебе не придётся переживать за Шарлотту и ребёнка, — предложил Маалик.
Он не был уверен, куда именно сможет увезти Аву. Это должно было быть место надёжное и безопасное.
Румыния, — подумал он, выпрямляясь.
Его замок был неприступен. Его порождённые могли телепортироваться в тот же миг, как только Маалик потянет за нити связи с ними, если что-то или кто-то сумеет пройти через магические чары, которыми он окружил замок. К тому же Гедеон большую часть времени находился там и следил за всем. Ава могла бы спокойно восстанавливаться, не тревожась из-за присутствия других.
— Думаю, это отличная идея. И я говорю это не только потому, что не доверяю её непредсказуемому поведению рядом с Шарлоттой. Я правда думаю, что для Авы так будет лучше. После всего, через что ей пришлось пройти, не думаю, что жизнь взаперти в огромном доме, полном мужчин, поможет ей или заставит доверять кому-то. Единственная проблема — это убедить Шарлотту, — сказал Роман.
Мысль об Аве в его замке, в его доме, разлила по нему жар вместе со старым чувством ностальгии. Это было последнее место, где он был с Илиной перед её смертью.
Маалик покачал головой. Ему нужно было, чёрт возьми, взять себя в руки. Ава и Илина — не один и тот же человек, что бы ни твердили ему тело и душа. Если он не будет действовать осторожно, то разрушит любую возможность того, что Ава когда-нибудь начнёт ему доверять. А если она ему не доверится, у него никогда не появится шанса узнать её так, как он… жаждал.
— А знаешь что? По-моему, у нас и правда есть шанс убедить Шарлотту, что это хорошая идея, — сказал Роман с ухмылкой.
— Убедить Шарлотту в том, что что — хорошая идея? — раздался из дверного проёма ангельский голос.
И Маалик, и Роман вздрогнули от неожиданности. Лицо Романа тут же вытянулось, и на нём ясно проступила вина. После превращения Шарлотта в совершенстве освоила искусство бесшумно красться по особняку. К их великому веселью, она тренировала свои новообретённые навыки и силы именно на ангелах, часто подкрадываясь к ним и подслушивая. Она даже пыталась перемещаться прямо в комнату во время их собраний, чтобы проверить, заметят ли её. Всегда к восторгу Григори. Пока остальные ангелы стонали и ворчали из-за прерывания, Григори смеялся и осыпал её похвалами. Он явно проникся к Шарлотте симпатией, к великому отвращению Романа. Они были «друзьяшками», как любила говорить Шарлотта.