— Ты послушай меня, Ава. Я скажу это только ещё один раз. Ты не сумасшедшая. Слышишь меня? — сказал он спокойно, но с ноткой властности в голосе.
Её золотисто-карие глаза впились в его, на секунду наполнившись слезами, пока он не увидел, как её взгляд снова стал твёрдым и она слегка кивнула.
— Ты спала на полу, потому что кровать, скорее всего, была слишком мягкой после того, как тебя месяцами заставляли жить на холодном полу камеры, — его голос наполнился яростью.
Не на неё, а на то, что с ней сделали.
Она моргнула, пытаясь высвободить лицо из его хватки. Но он не позволил ей отстраниться. Пока ещё нет.
Ава должна была это услышать.
— Тебя заставили жить определённым образом. Тебе пришлось вынести ужасные вещи, вещи, через которые никто и никогда не должен проходить. Но с этого момента ты больше никогда не будешь спать на полу. Ты меня понимаешь, Ава? Я запрещаю это. Если тебе страшно, если по какой бы то ни было причине сон в этой кровати заставляет тебя чувствовать себя в опасности, я сяду вон там, у окна, в это кресло. И буду охранять тебя до самого рассвета. Ничто не причинит тебе вреда. Пока я здесь, — твёрдо сказал он, наконец отпуская её.
Она сидела в лунном свете, часто дыша, её глаза снова наполнились слезами.
— Ты будешь меня защищать?
— Да, — кивнул вампир.
— Ты… не будешь ко мне прикасаться? — прошептала она.
— Нет, — Маалик нахмурился. — Я не такой, как А̀ну. Я никогда ни с кем не сделал бы того, что он сделал с тобой. Но, Ава, поверь мне, когда я говорю: я переверну этот мир вверх дном и принесу тебе его голову, даже если это будет последнее, что я сделаю.
И он это имел в виду. Каждое слово, которое только что ей сказал.
Ава долго смотрела на Маалика. Он не смел шевельнуться. Почти не дышал, пока ждал, какое решение она примет.
— Ладно. Я буду спать в кровати. Но ты не можешь уходить из этого кресла, — предупредила она, и в её дрожащий голос вернулась сила.
— Клянусь, — пообещал он, поднимаясь и направляясь к окну.
Маалик развернул кресло так, чтобы оно было обращено к кровати, затем опустился в него.
— А теперь спи, — мягко сказал он ей.
Маалик смотрел, как Ава робко забралась в кровать, подтягивая за собой одеяла и подушки. Она свернулась на боку, лицом к нему, и лежала неподвижно, как статуя, целую вечность, но ни разу не отвела от него глаз.
Маалик сидел неподвижно, его собственный взгляд тоже ни разу не дрогнул, пока наконец её прекрасные глаза не закрылись, когда усталость взяла над ней верх, и девушка уснула.
До рассвета оставалось совсем немного, поэтому Маалик плотно задёрнул шторы, чтобы не впускать солнце, а затем вернулся на своё место в кресле, наблюдая, как Ава перевернулась и встала с кровати. Но что-то было не так. Всё дело было в том, как она двигалась.
Жутко, но она направилась к двери.
Почти как робот.
— Ава? — позвал Маалик, поднимаясь с кресла и направляясь к ней.
Она проигнорировала его, открыла дверь и вышла из комнаты.
Что за хрень?
Маалик вылетел из комнаты и появился позади неё как раз в тот момент, когда она направилась к лестнице.
— Ава? Что ты делаешь? — спросил он, догоняя её и шагая рядом, пока она игнорировала его и быстро спускалась вниз по лестнице.
Каэль вышел из кухни с чашкой кофе в руке и остановился, увидев Аву, одетую только в чёрную майку и трусики. Глаза ангела быстро скользнули по телу Авы, прежде чем он вопросительно взглянул на Маалика, который был только в чёрных спортивных штанах.
Когда Маалик увидел, как Каэль смотрит на Аву в её почти обнажённом виде, у него в глазах заволокло красным, он едва не вырвал своему падшему товарищу глаза.
Каэль выглядел полусонным. Его выгоревшие на солнце светлые волосы, обычно собранные, свободно спадали чуть выше плеч. Он был босиком, что для него не было чем-то необычным, когда они не выходили на охоту на демонов. На Каэле была чёрная пара спортивных штанов с надписью «Billabong»3 вдоль одной штанины. Торс его был обнажён. Огромная реалистичная татуировка черепа, покрывавшая почти весь торс и живот Каэля, уставилась на Маалика в ответ.
— Почему у неё глаза чёрные? — спросил Каэль, его тело напряглось, когда Ава прошла мимо него, словно Каэля там вообще не было.
Маалик остановился перед собратом.
— Что-то не так. Мне нужно, чтобы ты пошёл и разбудил Шарлотту.
Каэль покачал головой.
— Да ни за что, блядь. Ты, как никто другой, знаешь, какой Роман, если подойти хоть куда-то рядом с его комнатой, пока у него там Шарлотта.