— Он прав, — согласился Роман. — Нам нужно найти эти печати, и нужно найти их быстро. Стражи — наш единственный шанс.
— И сколько их? — с любопытством спросила Сабриэль.
— Их двадцать. Даниэль — их предводитель, а ангел по имени Аракиэль — его правая рука, насколько я помню из текста. О них не так уж много информации. Всё, что я когда-либо видел, — это список имён, и я помню лишь некоторые из них, — тихо ответил Рамиэль.
— И кто вообще может знать, как их найти? На земле вообще остался хоть кто-то, кто был жив в те времена? — спросил их Каэль.
Маалик вздохнул, откидываясь на спинку стула.
— Есть несколько древних ведьм в Медее, в старом ковене королевы ведьм в Румынии, которые могут что-то знать или знать кого-то. Я знаю, что у них есть исторические записи, датирующиеся временем до нашего падения. Может быть, у них есть записи и более ранних времён. Единственный другой вариант — это божества, боги и богини других пантеонов. Но мы все знаем цену за их помощь. Это того не стоит.
С этим согласились все.
— Я должен заявить, что возражаю против этого. Нам не следует искать этих падших ангелов. Если мы сделаем это, то навлечём на себя гнев Всевышнего, — сказал им всем Рамиэль.
Роман подался вперёд, опираясь руками на стол.
— Принято к сведению. Но я считаю, что это единственный выход.
Остальные ангелы за столом согласились. Маалик тоже тихо выразил согласие. Но всё равно он не мог избавиться от дрожи, пробежавшей у него по спине, когда он подумал о группе ангелов-воинов, заточённых где-то в глубокой тьме под землёй, и о том, в каком состоянии ума они могут быть после столь долгого плена. Эта мысль глубоко его тревожила. Но мысль о том, что Люцифер выберется из Ада, тревожила его ещё сильнее.
Ава проснулась в кровати Шарлотты после беспокойного сна, полного кошмаров. Она приняла душ и одолжила у Шарлотты спортивные штаны и свитшот, после чего направилась на кухню, где села и уставилась на кружку с кровью, тщетно пытаясь уговорить себя сделать хотя бы глоток.
Какой же пиздец, — подумала она про себя, обеими руками впитывая тепло кружки, и наконец сделала глоток густой тёплой жидкости. Она закашлялась и её едва не вырвало. Она выплюнула всё обратно в кружку, скривившись. Поставив её и отодвинув подальше, девушка поняла, что толку нет. Она не могла это проглотить. Это было чертовски отвратительно. Аве придётся что-то придумать. Она была почти уверена, что не сможет просто выйти на улицу и выпить какого-нибудь случайного человека, не говоря уже о страхе потерять контроль и… убить его.
Ава содрогнулась, отгоняя эту угнетающую мысль, и оглядела роскошную кухню.
Кто бы мог подумать? Вот она, в особняке, полном ангелов и… других существ. Обращённый вампир, пытающийся пить горячую кружку крови так, будто это, мать его, кофе. И вдобавок ко всему, меньше двадцати четырёх часов назад, она безжалостно убивала вампиров, разрывая их на куски так, словно это ничего не значило.
При мысли о крови и ошмётках, покрывавших комнату после нападения, у неё задрожали руки. Нападения, в котором была виновата только она. Глаза защипало, и чувство вины захлестнуло её при воспоминании о том, как она вошла в комнату, полную мониторов, и бездумно отключила систему безопасности особняка. Она знала, что сделала это, но хоть убей не помнила, зачем. И откуда вообще знала коды безопасности. За одну ночь она подвергла опасности Шарлотту и её ребёнка, а ещё Маалика и его семью. Ей нужно было убираться отсюда.
— Ты в порядке? — глубокий голос вырвал её из мыслей.
Ава обернулась и увидела, как Маалик подходит к кухонному острову и садится рядом с ней. Её взгляд скользнул по его обнажённой груди, по мышцам, перекатывающимся при движении. На нём были только спортивные штаны, низко сидевшие на бёдрах. Раньше, когда она спустилась сюда, она уже видела его, как и остальных, сидящими за большим круглым столом в соседней комнате, погружёнными в серьёзный разговор.
Он нахмурился, глядя на неё, явно переживая. Его присутствие всегда будто успокаивало её. И разум, и тело реагировали на него, и девушка понятия не имела почему. До этого она встречала его всего один раз, в клубе, так давно, но он казался ей знакомым. Только она никак не могла понять почему.
— Мне так жаль, Маалик, — голос её дрогнул, когда на глаза навернулись слёзы.
Его хмурый взгляд стал ещё глубже, а глаза смягчились.
— За что? Ава, в этом нет твоей вины, — он протянул руку, чтобы положить ей на плечо.