— Так, хватит болтать, вампиры. Я вообще-то пытаюсь научить её обращаться с мечом как профи, Маалик. Мы все знаем, что для этого я подхожу лучше всех, так что перестань её отвлекать, — перебила Сабриэль, пригвоздив Маалика взглядом из центра комнаты.
— Ты её учишь? — приподнял бровь Маалик.
— Да. Я научу её сражаться на мечах. Как только улажу тут пару дел, например со своими мальчиками, я приеду в Румынию продолжить её обучение. Когда я с ней закончу, она будет владеть катаной как самурай, — Сабриэль махнула рукой в сторону Авы.
Маалик ухмыльнулся при упоминании Сабриэль о её мальчиках, представив двух её огромных мейн-кунов, оставшихся в доме в Малибу.
— Да ладно, мать твою! Я буду учиться владеть катаной? — взвизгнула Ава, возбуждённо подпрыгивая по направлению к Сабриэль.
У Маалика чуть челюсть не отвисла, когда Сабриэль улыбнулась Аве. Он заметил, как Мариус изумлённо моргнул, и увидел, что Григори с Шарлоттой тоже уставились на улыбку Сабриэль с разинутыми ртами.
Ледяной королевы больше не было.
— Ты это слышала, Шарлотта? Прямо как в «Убить Билла», детка! — просияла Ава, снова принимая боевую стойку со своим маленьким деревянным мечом перед Сабриэль.
Маалик не смог сдержать улыбку. Ава постепенно выходила из своей скорлупы. Улыбалась и шутила со своей лучшей подругой. И чем больше он её узнавал, тем сильнее становилось его восхищение. Она была забавной, дерзкой, доброй и просто… чертовски идеальной.
Он снова машинально потёр грудь, наблюдая, как его маленькая невеста обменивается ударами с его падшей сестрой. Его окутывало чувство покоя, и неужели это… любовь?
Не может быть.
Он отогнал эту мысль до другого дня и продолжил смотреть на Аву, потому что, видит Бог, не мог оторвать от неё глаз.
Прошло уже две ночи с тех пор, как Шугоша прибыли в Лос-Анджелес. С тех пор Ава почти не видела их, только ночные тени за огромными окнами особняка Романа. Последние две ночи Ава тренировалась до изнеможения. Это стало настоящим семейным делом падших ангелов.
Первые несколько часов она тренировалась наедине с Мааликом, и это становилось всё напряжённее. Их близость, то, как он к ней прикасался, тяжесть его тела, лежащего поверх неё, когда он прижимал её к мату для спарринга, заставляли всё её тело гудеть от одного-единственного чувства: вожделения. Она не могла отрицать, насколько сильно её тело хотело Маалика. Он был убийственно прекрасен с головы до ног, и девушка краснела, сгорая от смущения, когда ему приходилось окликать её по имени или привлекать её внимание, потому что она снова засматривалась на него.
Однако её разум пребывал в состоянии постоянной войны. Она не просто хотела Маалика, она втайне жаждала его. В обычных обстоятельствах прежняя Ава набросилась бы на него ещё несколько дней назад. Блин, при первой же встрече она позволила ему опуститься между её ног в туалете ночного клуба. От одного только воспоминания о горячем рте Маалика между её бёдер сердце у неё начинало биться неудержимо.
Но когда их тела соприкасались, в ту же минуту, как её разум осознавал, что его руки на ней, неважно, прижимал ли он её запястья к полу или фиксировал её ноги, обучая драться, её сознание срывалось. Образы А̀ну и вампиров захлёстывали память, травма поднималась на поверхность, как приливная волна, и она теряла над собой контроль. Маалик пытался мягко помочь ей пройти через это. Теперь, когда они знали, что физическое удерживание было для неё триггером, во время тренировок он делал всё возможное, чтобы избегать таких ситуаций.
У Авы было ощущение, что он втайне рассказал и остальным, потому что позже по вечерам подтягивались остальные падшие, и никто из них не прижимал её к полу и не захватывал ни в какие удерживающие приёмы. Сабриэль проводила с ней тренировки на мечах. Мариус постоянно стоял в стороне со своими замечаниями, командовал ею, всё время наблюдал. Присоединялись и Каэль с Рамиэлем. Каэлю нравилось показывать ей смертоносные приёмы с кинжалами. Этот крупный, молчаливый ангел всегда сохранял спокойствие и был одним из самых вежливых существ, которых она когда-либо встречала. Он удивлял её рассказами обо всех экстремальных видах спорта, которыми увлекался, и тем, что был огромным киноманом.
Рамиэль же ни разу не выходил с ней на мат для спарринга, и это казалось ей странным, потому что Шарлотта и Григори говорили, что он мастер каждого существующего на планете боевого искусства и что когда-то тысячу лет прожил с монахами в Гималаях. Вместо этого Рамиэль иногда рассказывал разные истории из их прошлого и о некоторых битвах, в которых участвовали ангелы. Когда он заговорил о ведьмовской войне, длившейся сотни лет, у неё буквально отвисла челюсть. Это же просто материал для блокбастера.