Слёзы выступили у девушки на глазах.
Когда-то у Маалика тоже были великолепные крылья, такие же, как эти. Сердце снова болезненно сжалось за того несчастного ангела, которому принадлежали эти крылья. Какая жестокая судьба постигла беднягу.
— Тебе не следует здесь находиться.
Ава вскрикнула и резко обернулась от испуга. Позади неё стоял высокий потусторонний мужчина. Его волосы в темноте отливали почти серебром, а ледяные голубые глаза казались особенно яркими, когда молния осветила его лицо.
Сомнений не было — перед ней стоял вампир.
Ава осторожно отступила на шаг. Её острый вампирский взгляд различил Астру, Маттео и остальных Шугоша, укрытых темнотой дальше по подъездной аллее и молча наблюдавших за ними. Вампир перед ней не двигался. Более того, он стоял так неподвижно, что Ава почти могла принять его за статую.
— Тебе не нужно меня бояться, Ава, — сказал он низким голосом, вглядываясь в её лицо, черты его смягчились.
На мгновение Аве показалось, что в его выражении мелькнула печаль, прежде чем маска снова встала на место.
Почему все смотрят на меня вот так?
— Я Виллар. Маалик попросил меня прийти, и, судя по виду этого, нам лучше вернуться внутрь, под защиту замка, — его взгляд скользнул ей за плечо, к ангельским крыльям, висящим на железных воротах.
Ава замерла, настороженно глядя на него. Она не знала этого вампира, но, если Маалик доверил ему её безопасность на время своего отсутствия, значит, и ей следовало ему доверять. То, что Шугоша не напали на него, было ещё одним доказательством того, что он не представляет опасности.
Он повернулся и протянул руку в очень старомодной, по её мнению, джентльменской манере, жестом предлагая ей идти впереди него обратно к замку. Ава слегка улыбнулась и переместилась обратно внутрь, появившись в библиотеке перед родословными. Виллар появился всего через секунду вслед за ней, с лёгкой улыбкой на губах.
— Вижу, тренировки идут хорошо.
Ава села за длинный стол, Виллар устроился напротив неё.
— Да, я быстро схватываю.
— И как тебе живётся в замке Маалика здесь, в Румынии? — в голосе его звучало искреннее любопытство.
— Мне здесь нравится. Здесь красиво… спокойно, — улыбнулась Ава.
Виллар кивнул, и его взгляд вонзился в её глаза. У неё возникло ощущение, будто он что-то в ней ищет, но что именно — она не понимала. Его глаза метнулись вверх, к родословным, а затем снова вернулись к ней.
— Маалик говорил тебе обо всех кланах? О домах, которыми он правит?
— Не особо, бо̀льшую часть времени мы тренировались. Я спросила про нижние три, и он объяснил, что их убили, — печально ответила она, но это чувство тут же сменилось горячей волной, когда она вспомнила, как он целовал её, оставляя огненную дорожку на её шее.
— Он совсем ничего не говорил тебе о Македонском Клане? — вопрос Виллара вырвал её из жарких воспоминаний.
— Нет? А что, есть что-то, что мне нужно знать? — слегка нахмурилась девушка.
Виллар резко покачал головой.
— Не стоит волноваться, уверен, мой король сказал бы тебе, если бы это было чем-то важным.
Ава ещё мгновение смотрела на него. Она чувствовала, что он хочет что-то сказать, но он быстро широко улыбнулся.
— Значит, я первый из обращённых Мааликом, кого ты встретила?
Ава застенчиво кивнула.
— Да, первый. Хотя нет, подожди, я встречала Такеши.
— Я так и подумал, раз уж тебя охраняют Шугоша. Королевская гвардия — то, что он создал сам, — улыбнулся Виллар.
— Ты из одного из старых кланов? — с любопытством спросила Ава.
Виллар усмехнулся.
— Можно и так сказать, да. Я из древнего Дома саамов, хотя, наверное, тебе проще будет представить это как Шведский Клан. На данный момент мы — второй по старшинству клан из существующих. Дом Дзёмон, или Японский Клан, к которому принадлежит Такеши, — самый древний. Прости, пожалуйста. Названия стран, а также названия некоторых культур и цивилизаций так сильно менялись за эти годы, что я забываюсь и по привычке называю изначальные обозначения, которые у нас когда-то были.
Любопытство Авы только усилилось.
— А сколько тебе лет?
Виллар рассмеялся — низко, открыто, раскатисто.
Ава увидела его клыки, когда он широко улыбнулся.
— Я и правда очень стар. Семь тысяч лет, если быть точным. Ну, плюс-минус несколько десятилетий или столетий.
У Авы отвисла челюсть. Семь тысяч лет — это уже не просто старый, это древнейший.