Утром, обнаружилась пропажа Юркиных сапог. Искать бесполезно. Он остался в роте, а Карась успел сбегать в мастерские поговорить о работе. Там сварщиком работал товарищ по КМБ, обещал замолвить словечко. На обратном пути ему навстречу попался офицер. Костя по привычке перешел на строевой шаг и отдал честь.
– Солдат! Стоять! Ко мне!
Это был майор медицинской службы. На его петлицах, змея похмелялась из бокала. За его спиной стояли два бугая, с красными крестами на нарукавных повязках.
– Не подходи, Костя! Беги! – вдруг раздался знакомый голос. Обернувшись, Карась увидел Джона, который отчаянно махал ему руками.
– Ко мне воин! – приказал майор и отрывисто бросил через плечо. – Взять его!
Ну, вот это он поторопился, с командой. Червяк внутри Карася испуганно взвизгнул, но бежать ему было некуда. Битюги пошли на солдата, растопырив руки. Карась резко метнулся вправо и прыгнул через лужу. Грязная жижа от его сапог окатила майора по грудь. Офицер шагнул назад и перекрыл дорогу медбратьям. Пока они топтались, пытаясь обойти шефа, Кости и след простыл.
– Тормози! Что ж тебя то с места не тронешь, то не остановишь!
Карась попал прямо в распростертые объятья друга.
– Привет, братишка! С прибытием! – Джон радостно тискал Костю и разглядывал его со всех сторон.
– Что это было? – Карась никак не мог прийти в себя от неожиданности происходящего, – Это же майор! Он же приказал!
– Ха! Это, что первый майор, который приказывает, а мы бежим? – Джон расхохотался, – Если будешь спешить исполнять все – «исполнилка» отвалится! Запомни – чужие офицеры тебе не указ! Бойся только своих. А этого бойся потому, что это стоматолог! Он ходит с «анестезией» и на санацию зубов сам отлавливает бойцов!
– С какой «анестезией»? – Карась не понял.
– А вон! « Два молодца из ларца»! Они держат – он зубы рвет!
– Как это рвет? Санация – это же лечить?!
– Ну, нет у нас в санчасти бормашины! А он любит свою работу! Откроешь рот – как стукнет железякой по зубам! «Где болит?» А болит вся челюсть от удара. Так он смело рвет любой зуб! Не ходит к нему никто! Даже под страхом наказания!
Они ещё долго стояли, смеялись и делились новостями. Серёга уже сержант – командир отделения. Гриня устроился в УНР (Управление Начальных Работ) вечным дежурным и «окучивает» дочку командира. Коля тоже сержант. Как показало время – видеться друзья могли только по выходным.
– И как мы не проснулись? – Карась не верил глазам. Его сапоги покинули своего хозяина на следующее утро. Они с Крыловым вставили ножки своей двухъярусной кровати в голенища сапог с вечера. Кровать на месте, а сапог нет. Только портянки сиротливо белели возле тумбочки.
– Вот! Всё что есть! – Старшина Рамазанов поставил сапоги-инвалиды 41 размера перед Костей. – Надевай! На завтрак иди!
Костя поднес сапоги ближе к лицу. Наверное, в них убило стройбатовского минёра, причём сапогами он на мину и наступил! Странной геометрии, с прорехами и дырами они вообще не похожи на обувь. К тому же у Кости 42 размер ноги.
– А как же в них идти? – Костя просунул палец в одну из дыр, – Там же льёт, как из ведра и на дороге грязи по колено!
– Вот! Наденешь на ноги! – с ловкостью факира, Рамазанов явил на свет два целлофановых пакета. – И шевелись! Без завтрака останешься!
Целостности пакетов хватило только на дорогу в столовую. Пакеты расползлись, и ноги Карася обжигала ледяная грязная жижа.
– Вот тебе и армия… – Юрка присел рядом с Костей на кровать и потёр ладошки. – Ну? Что делать будем?
– Что приуныли хлопцы! – раздался над ними бодрый голос. Сварщик Игорь Глымов и его друг Славик Хромов, стояли рядом. Парни были оба из Липецка.
– Короче! Мы договорились со старшим, он возьмёт вас в мастерские. На подхвате будете! «Подай-принеси, подержи». Пока, а там видно будет! – говорил Хромов, а Глымов молча кивал головой.
– Спасибо!!! – Карась обрадованно вскочил и треснулся головой об верхнюю сетку.
– И вот, ещё! – Глымов поставил перед ребятами пару вполне приличных сапог 42 размера. – Я себе другие купил.
– Пацаны! Да мы…! Да вы…!!! Спасибо, братцы! – Костя не нашёл слов.
– Да ладно! Что мы не понимаем! Завтра с нами идете! Хоп?!
– Хоп!!! Ещё какой «Хоп!» – Костя звонко припечатал свою ладонь к протянутой ладони товарища.
Эта забота липецких ребят, укрепила Карася в мысли, что хороших людей больше.
Два солдата из стройбата,
Заменяют экскаватор!
– Эй, мабута! Сворачиваем работу и все ко мне! – бригадир Фенин хлопнул в ладоши. Небольшого росточка, с женскими чертам лица, он и был тем самым «старшим», который не оттолкнул Юрку и Карася. Его уважали, а точнее побаивались. Фенин водил дружбу с дагестанцами. Шесть крупных усатых парней, были гарантами его авторитета. Сам Феня был родом из Ессентуков и вполне мог считаться Костиным земляком. Но с земляками из Краснодарского края у Карасёва не сложилось. Он не любил об этом вспоминать. Это было сразу после «учебки». У каждого «духа» наступает момент, когда он должен материализоваться в «молодого». Это как потеря девственности – может быть больно, но потом начинается «земная жизнь» воина. Вот этой «девственности» и лишил его земляк из Краснодара, старшина Коваленко, высокий, вечно улыбающийся парень. Болтали, что он знал 14 национальных языков. Так или иначе, он бегло разговаривал с представителями любой нации на их языке. И дёрнул же «нечистый» Карася и Юрку посмотреть на дизелиста, который «занимал их место».