Военные «туристы» прекратили движение и стали крутить головами. Один показывал вверх.
– Ты что? Обалдел? – Костя двинул Серёгу что есть силы в бок. – Заткнись! Сейчас настоящий медведь придет и куда мы?
Джон взревел ещё сильнее, от боли прибавив тембра. Солдатики, прошедшие уже добрую половину пути, заметались и дружно поскакали вниз по камням.
– Ну? Видишь? Реву, как настоящий медведь! – гордо засмеялся Серега.
– Да? А если, как медведица? Да придёт медведь, на свидание? Вот он нас обоих полюбит! – Карась отвесил ещё один тумак другу. И в этот момент где-то сзади послышался шум и вниз покатился камень. В один момент друзья оказались на самом высоком гребне скалы. Они оседлали его верхом. Скала была острой, сидеть было неудобно, да и продукты остались внизу.
– Вот вечно с тобой наживешь на одно место приключений! – Карась поерзал, «место нажитых приключений» болело от острой кромки. – Давай, дуй за харчами!
Серега, ящерицей, соскользнул вниз. Озираясь, схватил кулек и вернулся. Поглощая коржики со сметаной, парни любовались пейзажем. Гряда гор Южного Урала уходила далеко вперед. Ямантау белела своей снежной вершиной и притягивала взгляд.
– Красота! Слушай, Серый! Давай спускаться! Намечаем ориентиры! – Карась уже сомлел от жары.
Спуск был не менее трудным, чем подъем. К тому же можно было внизу оказаться далеко от расположения части. Им повезло! Медведи по пути не встретились, а вышли они к месту, где речка делала крутой поворот у части Мизинцева. Гражданские водители, при помощи экскаватора, вырыли в речке углубление и соорудили небольшую дамбу. Получилось озерко, метров шесть-семь в диаметре. Небольшая площадка на берегу. Там они ставили свои «КРАЗы», «ТАТРЫ» и «МАЗы», груженные скальной породой, купались и обедали. Друзья решили тоже окунуться. Нырок с одного берега, два – три взмаха рукой и упираешься в противоположный берег.
– А!!! Холодная какая! – Джон волчком закрутился на одной ноге, выскочив из воды. Карась следом нырнул в обжигающе холодную воду. Гребок, другой и финиш!
– Если не заболеем, то в рубашке родились! – он тоже забегал по берегу согреваясь. Распаренное при спуске тело, возмущалось гусиной кожей и сильным покалыванием. Поболтав несколько минут с водителями, ребята направились домой в часть.
– Я кому говорил, по Тайге не шляться? Так какого ж.. вы туда поперлись?
Карась еще издали услышал, как орёт начштаба.
– Что за буча? – спросил он выглядывающего в окно сменщика.
– Да молдаване! Вчера ходили в лес, по грибы. А сегодня у одного клещ в боку, температура под сорок! Айболит говорит, нужно в госпиталь, иначе загнется! Вроде энцефалит!
– Летом? Клещ? – Карась поежился.
– А я говорил! А я предупреждал! – червяк предчувствий завертелся юлой. – Мы все погибнем!
Костя без лишних слов заскочил на Тайфун, снял с себя одежду и стал крутиться перед напарником.
– Смотри! Смотри! Нигде нет клеща?
Клещей не обнаружилось. Вот только на следующее утро, все три части входящие в состав гарнизона, мысленно поблагодарили молдаванина. УАЗик комбата затормозил возле первой роты. Водитель Орёл, расправляя на ходу воображаемые крылья, обойдя машину, открыл пассажирскую дверь. В белоснежной шапочке с красным крестом, в накинутом на плечи медицинском халате, вышла девушка. В одной руке у неё был чемоданчик. Она обвела волоокими глазами плац.
– Куда идти?
– Прямо! Прямо иди, Зиля! – Орёл крутился вокруг неё, как павлин.
Медсестра Зиля, простучала каблучками по бетонке в сторону двери. Ветер распахивал полы халата и открывал стройную фигурку в обтягивающем блестящем платье.
– Вах! Богиня! Наяда! – зацокали языками грузины, курившие у входа. – Э! Кто это такое? Что будет?
– Прививка будет! – отрезал водитель комбата. Где дежурный по роте?
До конца дня, Зиля, специальным пистолетом, прощелкала прививку от энцефалита почти трем сотням военных строителей. Кое-кто пытался пристроиться в очередь по второму разу, лишь бы её тонкие пальцы коснулись его еще раз. Получив пинка от дежурного и кроткую улыбку от Зили, соискатель улыбался, как потерпевший. Девушка провела в медсанчасти почти месяц. Ходила в столовую, проверяла санитарное состояние и сводила с ума голодных на женские ласки воинов. Молодая башкирка, была в том возрасте, когда наивность в сочетании с красотой была убойным оружием. Ходили слухи, что недотрогой она была не долго. Говорят, что наяда, стала вполне доступной. Но, разве можно верить слухам и хвалебным байкам солдат в стройбате? Верить нужно фактам! И факты не заставили себя ждать.