– Ладно! Привал! Полчаса отдыхаем и вперёд! – согласился Карась. – Но идём дотемна! Завтра к обеду нужно закончить!
– Ка-а-акая к обеду? – Возмутился старший из степняков, он посмотрел на тучи. – Снег завтра пойдёт!
– Панков сказал, чтобы завтра к вечеру, он туда уже позвонил! Ты хочешь с ним поспорить?
– Ох! Шайтан! С Панковой спорить, нет! Давай, давай, бистро вставай, работать будем! – он жестами поднял своих соплеменников.
Казах не угадал, снег пошёл уже после полудня. Сначала робко, легко кружа в танце, опустились несколько снежинок. И вот уже хоровод белого пуха закружил и стал оседать на ресницы и бушлаты.
– Давай! Давай! Быстрее! – торопил Костя свою «бригаду», понимая, что погода не даст работать. Уже почти в темноте, повесив остаток бухты на крепкий сучок огромной ели, они двинулись в часть.
Снег шёл всю ночь, но к восходу внезапно прекратился. Тучи, как по команде уплыли в сторону горы Ямантау. Первые лучи Солнца брызнули розовыми искрами и превратили лес в сказочный мир!
– Ура! – Карась даже подпрыгнул от радости. – Избушка удачи повернулась к нам передом!
В три часа дня, соединив провода и подключив батарею питания, Костя крутанул ручку полевого телефона. – Тайфун! Дай Восход!
Связь работала. Он проинструктировал банщика, как правильно звонить и отвечать.
– Баня? Кто у аппарата? – рявкнул Панков.
– Рядовой Халилов! – бодро отозвался банщик, вытянувшись в струнку и преданно уставившись на трубку.
– С Наступающим тебя, Халилов! – размяк Панков, но тут же добавил. – Етить тебя некому!
– Вас также, товарищ полковник! – на автомате вернул Халилов.
– Что?!!! – понял по-своему алаверды Халилова офицер. – Да я сейчас приеду, я тебе…
Банщик не стал дожидаться окончания тирады, быстро повесил трубку.
– Я это… Я про Наступащий! – промямлил он глядя на Карася. Тот пожал плечами и развёл руками.
Неизвестно, чем бы закончилась эта смешная история, если бы не новые неприятности. Опять пропал солдат. На этот раз в части, где служил Костя. Пропал тот самый бедолага, которого Таракан в своё время отправил в нокаут. Поиски не принесли никаких результатов. К ночи разыгралась пурга. В результате бесконечных опросов, удалось выяснить, что последний раз его видели в котельной.
– Какого лешего он делал в котельной? Кто мне может объяснить? – возмущался комбат. – Что мне прикажете докладывать?
Любая добытая информация уходила наверх.
– «Тайфун»? Это дежурный по управлению полковник Устный! Соедини меня с вашей котельной!
Дежавю! Карась даже застонал. Коля Бабич с удивлением посмотрел на него.
– В котельной нет телефона, товарищ полковник! – упавшим голосом ответил в трубку Карась и, закатив глаза, провел себе по шее большим пальцем. Коля всё понял и загрустил.
– Какие подснежники? Какой лес? Зима на дворе! – подпрыгнул и завертелся червяк дурных предчувствий. И как оказалось, не зря.
– Так! Сейчас 19-00! А ровно в 24-00, я слышу ответ дежурного кочегара! Или я приеду и научу вас там, как нужно служить! Отбой!
– Шо робить будемо? А? – молодой смотрел на Карася как на миссию. Тот тоскливо прислушался, метель завывала и стебала по стеклу снежными плетями.
– Вот же ж… Устный – Письменный! – Карась не стал продолжать, а решительно вставил штекер в гнездо «комбат» и нажал на вызов.
– Слушаю, Алексеев!
– Товарищ командир! Полковник Устный звонил! – доложил Костя.
– И что?
– Требует телефон в котельную к полночи!
– И что?
– Так там же нет телефона, линию тянуть надо! – не сдавался «тайфунщик». – Время уже восьмой час! Пурга!
– И что? – не поддавались на том конце.
– «Тормоз ты! Вот что!» – хотелось сказать в ответ, но вслух Карась сказал. – Не будет нас тут, до двенадцати, обоих… Он до последнего надеялся, что комбат их отмажет, но тот явно «встал на ручник».
– Ясно! – Тормоз положил трубку.
– Тьфу! – сплюнул Костя. – Бери бухту, одевайся, пошли!
– Куды? Зараз? – тупил Бабич.
– Куды, куды! Натягивать проводы! Не беси меня, Коля! – огрызнулся Карась и стал напяливать на себя всё тёплое, что было под руками. Он пытался сообразить, как же выполнить то, что и днём то не сделать с наскока. От казармы до казармы, еще, куда ни шло. Завернуть линию, которая шла в библиотеку. Только вот от здания первой роты до котельной метров 500. И не к чему было привязать провод. Да и было его всего тех, пятьсот выцыганенных метров. Два с половиной часа барахтанья в потёмках, содранные в кровь об ледяную кромку карнизов пальцы и два падения с крыш. Карась был в отчаянии. Надо отдать должное – оба раза Бабич его ловил своими сильными клешнями. Прошли только третью часть пути.