Половник с глухим звуком опустился на дно жестяной емкости. От сваренных няней щей в кастрюле осталась жалкая капля, в которой сиротливо плавали несколько капустных обрывков.
Дарья налила суп в плошку: остатков едва хватило на одну порцию.
— А как же ты? — поинтересовалась Машенька, когда мама поставила перед ней подогретый обед.
— Ничего, я не голодная, — как можно правдивее отозвалась Дарья. — Кушай на здоровье.
Девочка недовольно поморщилась, подцепила ложкой чудом затерявшийся в супе ломтик картошки.
— Я знаю, что ты любишь, когда в щах много гущи, — улыбнулась Дарья. — Но сегодня придется довольствоваться этим.
Машенька согласно кивнула и энергичнее заработала ложкой.
Наблюдая за дочерью, Дарья не спеша отламывала от буханки кусочки хлеба и неторопливо отправляла их в рот. Конечно, можно было заглянуть к Франсуа: несмотря на свою чванливость, шеф-повар все же позволял прислуге доедать то, от чего воротили нос его подмастерья. Но идти в большую кухню сегодня Дарье не хотелось. Слишком там было шумно, суетно. А после истории с Золотинкой она вообще старалась не употреблять в пищу незнакомые продукты.
Утерев ладошкой рот, Машенька отставила в сторону пустую тарелку.
— Готова идти спать? — поинтересовалась ее мама.
— Да, — согласилась девочка, широко зевая. — А чем мы займемся потом, после сна?
— А чем бы тебе хотелось? Выбирай: пока хозяин здесь, наши услуги Вареньке не понадобятся.
— Мы так давно не выбирались из дома… — пожаловалась малышка.
— Разве?! — удивилась Дарья. — Мы каждый день гуляли в саду.
Машенька задумалась, подыскивая подходящие слова.
— Понимаю, — нашлась Дарья, — тебе хочется побывать где-то кроме усадьбы?
Лицо Машеньки засияло как начищенное серебро.
— Да, мама.
— Как насчет прогулки по магазинам: мы давно собирались приобрести для тебя новую одежду. — Дарья придирчиво осмотрела чистые, но порядком заношенные шорты дочери и выцветшую майку. Все это она купила почти месяц назад, получив от хозяйки первое жалование. — Да и мне не помешает иметь хоть одну смену белья.
Машенька осмотрела наряд, успевший с ней сродниться; поскребла ногтем по изображению Микки Мауса на майке, счищая прилипшую к нему ягодку.
— Мне и так хорошо…
— Тогда придумаем что-нибудь другое: как тебе идея отправиться в лес за малиной? Мы можем попросить у Франсуа сахар и сварить вкусное варенье на зиму. И тебе, и Вареньке оно пригодится после прогулок на морозе.
— Здорово! — восхищенно заявила Маша и поцеловала мать в щеку. — Это как раз то, о чем я мечтала.
— Соскучилась по свободе, моя пташка?.. — Дарья не смогла сдержать улыбки. — Хорошо, так и поступим. А пока спать!
Но в комнате Машу и Дашу ожидал небольшой сюрприз. Не успели они подойти к своей двери, как расслышали посторонние голоса, доносившиеся из спальни.
Дарья приоткрыла дверь, просунула в образовавшуюся щель голову. Первое, что она увидела, это две фигуры, занявшие их кровать. Варю и Виктора она узнала сразу: одного — по пушистой макушке, выглядывавшей из-под одеяла, другого — по сильным рукам с длинными пальцами пианиста.
Осторожно закрыв дверь, Дарья вновь повела дочку на кухню.
— Ничего, сегодня мы поспим здесь, — предупредила она Машу.
Дарья расстелила возле плиты потрепанное одеяло — то самое, на котором сидели девочки, дожидаясь, пока она закончит с готовкой.
Машенька слишком устала, чтобы возражать. Она уснула прежде, чем ее золотистая головка коснулась не слишком мягкого ложа.
Закрыв дверь кухни изнутри, Дарья легла рядом с дочерью. Но ей не спалось: приезд Виктора вновь выбил ее из колеи. От хозяина ее отделяли лишь несколько комнат — такой пустяк для воспаленного безудержной страстью воображения.
Минуты шли, но успокоение не приходило к Дарье. Ее не покидало ощущение того, что расстояние между ней и хозяином все сокращается. И вот она стала различать в коридоре шаги, приближающиеся к кухне. Показалось?
Раздался тихий, но настойчивый стук в дверь.
— Вера?.. — спросил голос Виктора. — Ты здесь?
Дверная ручка несколько раз повернулась, но запор не позволил двери распахнуться.
— Эй, кто там прячется, отзовитесь? — вновь окликнул хозяин особняка. — Веру не видели?
Разбуженная шумом, Машенька проснулась, сонно потерла глаза кулачками.
— Тсс… — предупредила девочку ее мать.
Виктор не ушел: запертая изнутри дверь насторожила его. Он еще раз подергал ручку и приказал:
— Немедленно отоприте!
По примеру дочери Дарья сунула в рот большой палец, покусала ноготь. Как быть? Открыть дверь и откровенно поговорить с Виктором? Как отреагирует на это Ангелина? В чем обвинит ее? Если Виктор усомнился в собственной тетке, то разве поверит он какой-то там няне?..