— Клара, соберись, — внутри закипало. — Гони страхи прочь. Достанем пару корней и тот час вернемся в Генрик, чтобы получить целый выходной. Целый!
— Н-нет, прости, — он бросила мешок к моим ногам и развернулась, чтобы уйти, но я не позволила, ухватив её за руку. — Отпусти!
— Ты что бросишь меня одну?
— Лорет, ты пугаешь меня! Отпусти!
И я отпустила её, когда всем телом почувствовала мягкий раскат энергии. Как и не тронулась с места, когда навстречу Кларе вышел приземистый мужчина в небрежно выдубленной кожаной одежде, больше напоминающей обноски. Лицо его украшали несколько бородавок и фиолетовых пятен. Он не был мне знаком, но одно знала точно – он то мне и нужен.
— Заблудились? — спросил пискун, ни разу не запнувшись, и сделал несколько шагов к Кларе. Она же попятилась, подбирая юбки.
Метнулась вперёд и надавила горящими от энергии пальцами девушке на холку и она обмякла в моих объятиях. Мягко опустила на землю бессознательное тело, не спуская глаз с мужчины, который тоже медленно опустился на корточки.
— Так это ты? Та ковенская? — он прищурился.
— Уточняйте, месье. Из общения с вашими собратьями по несчастью ясно – вы частенько встречаете ковенских.
— Ты убила Овадию возле небесных камней?
— Её убили небесные камни, — поправила его, — не я.
— И ты дралась с Кией возле шахты.
— И дала ей сбежать.
Мужчина издал гортанный смешок, продолжая оценивающе разглядывать меня. Он не делал резких движений, говорил без единой запинки, и много знал – он и есть главарь пискунов. Лжеколдотворец.
— У нас есть общий враг, — начала я.
— Охотники, — закончил он.
— Надеюсь, на ваше благоразумие.
— И пискуны им не блещут.
Мои брови сошлись на переносице, когда до меня наконец дошло. Он не простой пискун.
— Вы тоже из ковена.
— Пока не пал мой Колдотворец.
— И вы нашли себе новый.
— Фальшивый.
— Странно, что пискуны столь невежественны, когда среди них бывший ковенский колдун.
— В этом нет необходимости.
— Перекусите? — я кивнула на Клару.
— Откажусь, мадам.
Вы посмотрите на него… какой недотрога!
— Так, что вы думаете о моём предложении?
— Какая нам выгода? Избавимся от этих – придут другие. Их будет становится всё больше, пока нас в конечном счёте не истребят.
— Другие не придут.
— Откуда вы черпаете столько уверенности?
— Я обещаю – новых чароборцев не появится.
Пискун долго прожигал меня взглядом, прежде чем ответил:
— Мы должны это обсудить.
— О, я с радостью поучаствую в переговорах.
— Храбрость это или глупость?
— И то, и другое, месье.
— Вы лезете в пасть хищнику.
— Это оправданный риск.
— Идём, — пискун поднялся и бодро зашагал в лес.
— А как же?..
Не успела закончить, как он развернулся и по мановению пальцев спящая девица вспорхнула, да на крыльях ветра последовала за колдуном.
Впечатляет.
Мы не спеша пробирались через лес. Свежий снег тихо похрустывал, а солнце уже перевалило далеко за полдень и постепенно угасало.
— Так кому вы служили, месье? — попыталась завязать разговор.
— Зачем вам знать его имя, если оно ничего не скажет?
— Считайте это приступом любопытства.
— Моего Колдотворца звали Искусником.
Я на мгновение обомлела, но быстро взяла себя в руки:
— Не может такого быть…
— Это ещё почему? — он резко обернулся и сверкнул глазами.
— Сложно объяснить, — пожала я плечами.
— Уж потрудитесь.
Я глубоко вздохнула и задрала подбородок.
— У Искусника большой ковен, но вас точно не припомню. Возможно, вы из последних наборов, но мне тяжело рассудить из-за некоторых обстоятельств вашей жизни, которые смазывают представление о вашем возрасте.
Пискун нахмурился:
— Кто вы?
— Какая разница?
— Какому Колдотворцу вы служите?
— Узнаете, если расскажете, что случилось с Искусником. Вряд ли на старость лет он не оставил преемника внутри ковена.
Мужчина поджал губы, разрывал меня одним взглядом.
— Его убил другой Колдотворец. И Искусник вовсе не был стар.
— Какой Колдотворец?
— Ваша очередь ответить…
— Но вы ещё хотите узнать, кем являюсь я?
Пискун облизал сухие губы и ответил:
— Ветровидец.
Я покачала головой, но не могла припомнить ни одного колдуна с таким именем. Колдотворец новенький.
— Я жду ответов, — потребовал пискун и тело Клары рухнуло рядом с нами.
— Мадам Ажур, месье. Служу Воителю, истинному владыке Кельдейских земель.
Пискун усмехнулся:
— Воитель давным давно мёртв.
— Сотню лет как, — подтвердила я. — Далековато вы забрались, месье хеориец.
— Тоже самое могу сказать о вас, — пискун стал выглядеть более расслабленно. — Всегда думал, молва о воскрешении Воителя – не более, чем сказки.