Женщина, высокая и с пышными бёдрами, обошла меня по кругу. В ткани её зелёного платья будто были вшиты миллионы изумрудов, ярко поблёскивающих под светом канделябра. Тянулся вслед за юбками и шлейф личи, граната и чего-то ещё… незнакомого, но невероятно притягательного.
— Благодатная почва, — подытожила свой осмотр женщина и наклонилась ко мне. Её волосы, собранные в строгую причёску, были похожи цветом на жёлуди, впрочем как и пронзительные глаза, в которых играли загадочные огоньки. — Как твоё имя?
Я сглотнула, но вязкий ком никуда не делся.
— Л-лорет, — сипло выдала я, вжав голову в плечи.
Женщина улыбнулась.
— Сегодня ты и впрямь одержала победу, — она выпрямилась, не отводя от меня взгляда. — Я – мадам Капель, старшая колдунья Кельдейского ковена. Тебе известно, что это значит?
— Ш-что значит? — я стала озираться на присутствующих, ожидая подвоха.
Неужели они вправду меня выдоят, как корову?!
— Ты получила приглашение.
— К-какое?
— Стать частью нашей семьи, истории. Стать колдуньей, — пояснила Капель.
Я затаила дыхание. Воздух застрял где-то глубоко в груди. Невольно мне захотелось улыбнуться. Такая возможность и радовала, и ужасала.
Всем известно, колдуны могущественны и страшны. Никто не смеет пойти им наперекор, перед ними люди трепещут, как листики на ветру. Кроме моего отца, и он за свою дерзость жестоко поплатился.
Но нет ничего попусту дарованного в этом мире. За всё уплачивается цена. И меня страшила лишь одна мысль: какая цена у столь великой силы, что может противостоять не то что королям, но и богу?
— А-а я… что должна я? — промямлила в ответ. Диалог теперь поистине напоминает сделку и, приняв её, облажаться будет нельзя, ибо неустойка по негласному договору слишком высока.
— Сказать «да» или «нет», — ответила Капель. — Плата не так велика, как ты думаешь.
Я открыла в изумлении рот. Она копалась в моей голове, более не было оправдания её незамысловатому ответу.
— Да, — выпалила я, не решаясь испытывать судьбу даже вопросом о противоположном. А что если я сказала «нет»?
Мадам Капель расплылась в ещё более широкой улыбке и указала на двух мужчин.
— Тогда тебе стоит познакомиться с твоей новой семьёй.
Первый был явно немолод, судя по уставшим глазам, хотя тело его, стройное и крепкое, источало жизнь в ароматах кедра, дождя и лесных ягод. Длинное, медно-коричневое блио было украшено вышивкой деревьев, листвы, солнца в виде причудливых загогулин.
— Месье Лето, — представился он и учтиво кивнул.
Второй же жизнерадостно улыбнулся, стреляя озорными глазами. Ворот его куртки и ремень горели сотнями крупных кристаллов, причудливо отражая оранжевые отблески свечей.
— Месье Яхонт, — в его голосе чувствовалось тепло, но я не дала себя обмануть.
— А это мадам Фиалка, — Капель указала на женщину, что привела меня в колдовью обитель.
Я не решалась разглядывать ведьму по пути сюда, но теперь, следуя за ладонью старшей колдуньи, как за путеводной звездой, узрела свою спутницу.
Полуночно-фиолетовые юбки были мне уже знакомы. Корсет мадам был вышит цветочным орнаментом, а на бюсте и вовсе словно росли настоящие, живые цветы. Глаза женщины были в тон её платью и походили на два аметиста. А собранные наверх волосы цвета самой тёмной ночи, были увенчаны звёздами в виде жемчужных бусин. Её лицо, как и голос, было милым и лишённым того каменного холода, которое имелось у трёх других ведьм.
— Идём, я покажу твоё место, — Фиалка протянула мне ладонь и я охотно поддалась ей. Она внушала мне доверие больше остальных. Что-то располагающее в ней было, что-то заставляющее поверить одному лишь блеску фиолетовых глаз.
Она повела меня по извилистым коридорам. Из окон в пол струился холодный свет, подсвечивая витающую в воздухе пыль. За полупрозрачным, покрытым льдом окном видались зазубренные хребты, остроконечный пушистый лес и поблёскивающая на солнце речушка.
Мы подошли к высоким дверям с высеченным на светлом дереве словом «Нефрит».