Трио было окончательно расформировано, после чего садист в очках начал распространять среди знакомых самые омерзительные слухи об С.
8
С С нам было тяжело. С виду мы походили на счастливую пару, но изредка проскакивающие диалоги о бывших возвращали в реальность и давали понять, что раны прошлого все еще не зажили. Двое больных должны были заботиться друг о друге. По крайней мере мы изо всех сил старались делать вид, что любим друг друга, на деле же нас куда больше связывал страх одиночества, окажись рядом со мной любая другая женщина, а с ней любой другой хоть малость адекватный мужчина, и мы, скорее всего, даже не встретились бы. С по-прежнему считала бы меня виноватым во всех бедах, а я бы искал утешения в нежных прикосновениях той «другой». Судьба распорядилась иначе.
Сама ситуация делала нас хуже, чем мы были на самом деле, но стоило немного отстраниться, и я начинал видеть в С то, что заслуживало по меньше мере влюбленности: ее неподдельно-детские повадки, когда она могла быстро запрыгнуть под одеяло, укрыться им с головой и тихонько посмеиваться, искренне веря, что ее никто не найдет; милая женская жадность – когда она поровну делила роллы, боясь ошибиться в расчетах, или выбирала самый большой и опрятный кусок торта; желание творить – иногда она показывала мне какой-нибудь необычный кулинарный рецепт из интернета и со словами «давай попробуем» бежала на кухню с надеждой, что я побуду рядом и обязательно скажу, что получилось очень вкусно. Она обожала включать в машине свою музыку, постоянно хотела, чтоб мы занялись чем-нибудь вместе, а после хорошего дня использовала всю свою женственность, чтобы меня соблазнить.
Я часто предлагал ей остаться на ночь, она никогда не отказывалась, но полноценно съедемся мы только через год.
К С у меня были действительно нежные чувства, но почему-то долгое время они не дотягивались даже до влюбленности. Девочка с английского по-прежнему оставалась в моей голове той, кого я должен любить, потому что… Потому что должен. – твердил голос в голове. Это странное ощущение, что рядом «не она», блокировало во мне много того, что я мог дать С, и заставляло замечать в ней недостатки. Кажется, С переживала нечто похожее, но по-своему, по-женски.
9
Первые проблемы у нас начались спустя два месяца отношений.
Я помню, как проснулся в приподнятом настроении – долгожданная встреча с лучшим другом – мы точно напьемся и напишем одну не самого хорошего качества песню, которая нам будет казаться шедевром до самого утра, пока не выветрится алкоголь.
С всегда спала чуть ли не до обеда, поэтому я не стал тревожить ее пожеланиями доброго утра. Она представлялась мне маленьким зверьком, которого стоило разбудить, и он непременно проведет весь день в ужасном настроении, а в худшем случае не заметит опасного хищника. Поэтому я просто начал готовиться к встрече с другом.
В общем в тот день я старался думать об С как можно меньше, чтобы не тревожить ее и уделить должное внимание другу. Хотя образ крохотного грызуна все же не выходил из головы, поэтому, даже держась за поручень многотонного состава метро, несущегося со скоростью семьдесят километров в час где-то под третьим кольцом, я ждал от С сообщения. Обычно она писала «Доброе утро», а я, отвечая «и тебе доброе», тихо смеялся над ее определением «утро».
Зачатки влюбленности уже начали прорастать в моей душе, С была слишком милой девушкой-ребенком, прямо девочкой, чтобы избежать этих чувств с моей стороны, просто развивались они медленно. Поэтому спокойствие ко мне приходило лишь тогда, когда я получал от нее сообщение или звонок хотя бы пару раз за день.
К обеду я уже был у друга. Привычная большая квартира, украшенная картинами с рамками под золото и двумя (что всех удивляло) туалетами, стала мне вторым домом уже давно. Эта семья покупала в неизвестной мне пекарне невероятно вкусный хлеб, который я мог есть без остановки и, не запивая. Однажды отец моего друга, обнаружив, что в хлебнице снова нет того самого батона, с улыбкой назвал его в мою честь. В каком-то смысле в этой квартире появилось нечто от меня, теперь я на полных правах был частью еще одной семьи.
Мы взялись за гитару и вскрыли первую бутылку спиртного. С так и не объявилась, чем начала вызывать во мне тревогу, но, не желая расстраивать друга отвлекающим телефонным разговором, я написал ей короткое сообщение, надеясь, что совсем скоро она ответит: «Все хорошо, я просто спала».