Столько раз я видел, как С собирает свои вещи… и всегда было достаточно просто обнять ее покрепче, уложить на кровать, она засыпала, а, очнувшись, уже не пыталась никуда уйти. Но тогда все было по-другому: она не кричала, не громила все на своем пути, не сопротивлялась, когда я пытался ее обнять.
Теперь я молча наблюдал за тем, как она прощается с этим домом, не пытался ее остановить или успокоить, наполовину из-за внезапно возникшей обиды, наполовину потому, что именно ее уход и был целью сегодняшнего разговора. Правда, я надеялся, что все пройдет плавно, постепенно, без ссор и криков.
Она ушла через час. Половина вещей по-прежнему лежала в комнате, небрежно распиханная по пакетам, все за раз забрать она не смогла. А от моей помощи отказалась.
У С остались ключи от этой квартиры, когда я передал их ей, сказал: «Это показатель моего доверия: пока они у тебя – ты всегда можешь прийти в этот дом и тебя будут здесь ждать».
15
Я получил желаемое уединение. Первые несколько дней мы с С не общались, но к концу недели вернулись пусть к коротким, но перепискам. В каждом ее слове чувствовалась обида, но поступить иначе было нельзя – еще месяц совместной жизни убил бы во мне все чувства к ней, а следом, словно смертельный вирус, эта болезнь перешла бы и к ней. Мы бы точно расстались и точно не друзьями. Необходимое было сделано, осталось только смириться и искать новые возможности для развития наших отношений.
Я считал, что как только С поймет, почему я так поступил, у нас все наладится, а через год-два мы сможем снова съехаться, учитывая ошибки прошлого, но в один из тех спокойных дней само прошлое решило показать, что я тоже умею ошибаться.
Был теплый летний вечер. Мимо открытых окон моей комнаты пролетали, громко хлопая крыльями, голуби, я слышал их ватные аплодисменты сквозь уносящие из реальности звуки компьютерной игры, шепчущие в наушниках. Все было хорошо: левая рука отточено скакала по клавиатуре, правая методично перемещала мышь, чуть дальше ожидала моего прикосновения кружка с заваренным десять минут назад чаем. Отличный вечер, спокойный…
С С мы сегодня не списывались. После того, как она вернулась домой, такое случалось частенько; обычно она либо спала, либо, подобно мне, коротала время за компьютером. Сейчас я о ней особо не думал – игра, горячий чай, удобное кресло… что еще нужно для счастья?
Время летело незаметно, улыбка не спадала с моего лица, сегодня я играю, завтра встречусь с другом, а послезавтра мы погуляем с С – теперь времени на все хватает. Главное, чтоб завтра этот засранец проснулся, он же сейчас пошел на день рождения к садисту в очках… все еще отыгрывает роль связующего трио… значит будет пить, а он мне завтра живой нужен.
Ближе к полуночи я хотел поинтересоваться его состоянием и готовностью к завтрашней встрече, но друг меня опередил: пришло сообщение. Я видел, как на моем телефоне высветилось уведомление, но сейчас игра была в самом разгаре, поэтому временно проигнорировал.
Кажется, я побеждал, потому что очень разозлился, когда уже через две минуты после СМС раздался звонок. Хотелось и его проигнорировать, но звонок был слишком громкий, да и вдруг случилось что-то важное.
- Алло, ну как вы там? – спросил я.
С той стороны раздавались пьяные крики и музыкальный грохот русского рока. «Все как раньше» - подумал я, даже не подозревая, насколько оказался прав.
- Да все нормально, празднуем! Я выпил, но про встречу завтра еще помню, так что не паникуй, - в следующее мгновение его голос перестал быть таким легким и веселым, теперь он говорил с серьезностью и опаской, - слушай… Я должен тебе кое-что сказать. Тебе это не понравится. Я и сам не понял какого черта, в общем…
- Да говори уже, что ты все мнешься, я готов!
Но я не был готов.
- Она тоже здесь. С.
Другу я верил всем сердцем, поэтому сомневаться в правдивости его слов не приходилось, но нежелание мириться с такой реальностью вынуждало мое сознание отрицать происходящее. С последнего инцидента С не общалась с бывшим, более того, я был уверен, что она окончательно сделала выбор в мою пользу и даже не думает о нем. Тем не менее сейчас она с ним.
Звуки игры вырывались из лежавших на столе наушников, только теперь они не вызывали ничего кроме страха и злости. Как я могу спокойно тратить время на игры, пока моя женщина (моя?) находится с другим мужчиной?