Отыскав нужное здание, я поднялся на указанный этаж, где в длинном коридоре, напротив нужной аудитории стояли несколько черных кожаных диванов и деревянных, напоминающих о прошедших школьных днях, стульев, на которых уже сидели студенты.
Среди них с широкой улыбкой ходила девушка с рыжими кудрявыми волосами и задавала вопросы, пытаясь сплотить наш новый заключенный вместе на четыре года коллектив…
Глава 3
1
Поступление создало между мной и С так необходимое нам пространство. Наконец у нас появились дела помимо друг друга. Это делало моменты близости куда более яркими и глубокими.
Учиться мне не особо хотелось, но осознание того, что это единственный путь избежать армии и сохранить рядом с собой С, придавало мотивации. А сама С, кажется, была очень рада новой обстановке.
Первое время мы действительно поддерживали друг друга, ведь одна глава наших жизней наконец закончилась, в ней остались многие проблемы и распри, а новая требовала от нас сосредоточенности, чтобы не допустить уже пройденных ошибок. К сожалению, история всегда оставляет в душах людей следы и многие из них отпечатаны на незастывших бетонных плитах… Дважды пытаясь вернуться к бывшему, С познакомила меня с чувством ревности, которое временно дремало где-то глубоко внутри, но рано или поздно должно было случиться то, что выпустит ее наружу.
Учебные заведения любого рода преследуют всего две глобальные цели: воспитание высококлассных специалистов и социализация. Второе, к сожалению или счастью, подразумевает разделение людей на группы, чаще всего по интересам или по складу ума, а пол играет второстепенную роль.
По каким-то надуманным причинам я старался выстраивать свою «группу по интересам», избегая появления в ней девушек, а если они и появлялись, я держался с ними отстраненно и холодно. Меня пугала не столько возможная ревность со стороны С, сколько воображаемый барьер, прозрачный, но прочный, созданный заклинанием «у меня есть девушка». Мне казалось, что я просто не имею права приближаться к другим дамам в любом из возможных смыслов.
С не была ограничена этими фантомными стенами, поэтому со временем их компания, состоящая из нескольких девушек, начала пополняться парнями. Пока их общение проходило только в рамках колледжа, я не имел ничего против, но, когда они начали встречаться в онлайн играх, переписываться не только по рабочим вопросам и ходить на разного рода вечеринки, которые в силу возраста не могли проходить без участия алкоголя, меня невольно начало окутывать это тяготящее чувство ревности. Сначала оно было примитивным: «Почему С можно, а мне нет», затем обросло затянувшимися, словно шрамы, воспоминаниями об С и ее бывшем ухажере. Любой парень, заговоривший с С, превращался в моих глазах в садиста в очках, того, кто может забрать ее у меня. Не будет ложью сказать, что половина окружавших ее парней, действительно хотели ее забрать. Когда на сотню парней курса приходится около двадцати девушек, это неизбежно. С предупредила всех своих новых знакомых, что у нее есть кавалер, но никак не пыталась отгородить себя от жаждущих проявить себя перед дамой ненасытных из-за молодости парней.
Первые порывы яростной ревности мне удавалось удерживать внутри себя, но чем больше телефон С присылал уведомления от незнакомых мне контактов, чем чаще она уходила из дома до поздней ночи на чей-либо день рождения, тем ярче во мне разгорались огни прошлого, «Она может уйти снова» - звучал в голове голос. Одержимость – вот к чему я пришел.
Когда разговоры с С не принесли заметных результатов, (а обращался я к ней с полным непониманием, чего именно хочу, быть может, ее полной изоляции от мужского пола, но ведь это было невозможно), ревность начала распирать меня изнутри, глаза наливались кровью при одном только упоминании парня в ее очередной безобидной истории прошедшего дня. Я начал срываться. Желал, чтобы С стала моей, будто только что купленная иномарка: с напечатанным чеком и работающими замками, которые открыть способен лишь я один. Безумные мысли часто вплетались в слова, я действительно сходил с ума… Это сумасшествие не было для меня тайной, но я не знал названия лекарства от ревности, она лилась из меня, и выхода было лишь два: ничего не менять или же заткнуть все отверстия и вскоре лопнуть от создавшегося внутри давления. Видимо, выход все же был один…