С этими мыслями я вновь зашел в переписку с С, но сообщения с адресом до сих пор не было. Вместо него на черном экране красовались фразы: «Не приезжай», «Делай, что хочешь, я все равно не выйду», «Я сама приеду, не надо меня забирать!».
Образы худшего исхода стали ярче, страх защемил грудь, все тело периодически потрясывалось. Я хотел вскочить с места, броситься к кнопке экстренной связи с машинистом и во все горло закричать «Гони!», но, конечно, такого не могло случиться, скорее всего меня бы посчитали ненормальным и высадили бы на ближайшей станции, а даже если бы машинист каким-то чудом решил поступить так, как велит незнакомый голос из хриплого динамика, то уже через пару минут нарастающего ускорения, мы бы столкнулись со впередиидущим составом. Ни один из исходов не приблизил бы меня к С. Поэтому я молча и терпеливо дожидался объявления нужной станции.
Все время поездки я неотрывно смотрел в экран телефона, веря в то, что С не позволит мне блуждать по целому району в надежде случайно обнаружить здание, в котором они с друзьями веселятся. И дело было уже не в наших отношениях как парня и девушки, будь я простым знакомым, было бы жестоко оставить меня в полном неведении, куда двигаться, когда я уже вот-вот достигну нужной станции метро. Но никаких сообщений не было. С даже не заходила в сеть с тех пор, как я вышел из дома. Тогда мне пришлось напомнить о себе коротким сообщением:
- Я скоро буду.
К сожалению, она не прочитала. Добравшись до нужной станции, я вышел на поверхность и осмотрелся. На улице уже стемнело, зажглись вечерние фонари. Передо мной раскинулась огромная прямоугольная площадь, где равномерно распределились два выхода и два входа в метро. Людей почти не было, или же так казалось из-за размеров площади. Я стоял посреди нее в полной растерянности: слишком много было направлений, куда можно пойти, и на каждом из них мне встретятся сотни домов. Я бы и за месяц не нашел С в таких условиях. Пришлось позвонить ей. Гудки шли и шли, а затем знакомый электронный голос оповестил меня о том, что время ожидания ответа превышено. Сердце сжалось, кубарем повалили вопросы-образы, почему С не отвечает на телефон. И все они показывали какого-то незнакомого молодого человека со смазанными чертами лица. От безобидных поцелуев и объятий, до доносящихся из обшарпанной туалетной кабинки стонов С – все это дарил мне буйный разум в те секунды, и глаза наливались кровавыми слезами от собственной беспомощности.
Еще звонок – нет ответа. Еще и еще, затем пятый и шестой, но… тишина. Я абсолютно не понимал, что мне делать, казалось, я так слаб, стою и трясусь, словно мальчонка, которого мама оставила на кассе без денег, а очередь вот-вот подойдет. Мысли путались, но одну я видел предельно четко: рано или поздно С отправится домой, а значит появится на этой площади, и я дождусь ее, чтобы взглянуть в ее глаза и тогда… тогда что-то станет ясно, наверное.
Все смешивалось: не знаю, сколько прошло времени, и не помню написала ли С, что их компания заканчивает и направляется в сторону метро, но в один момент в свете вечерних фонарей я увидел смеющуюся компанию, в центре которой шла знакомая крашеная блондинка. Она тоже меня заметила, плавно отделилась от строя, подошла, не ускоряя шаг, и, когда между нашими лицами не оставалось и двадцати сантиметров, обняла меня изо всех сил. Чувства были странными: я злился и в то же время не мог выразить эту злость, ведь человек, прижавшийся к моей груди, будто бы ее не заслужил. К тому же мне совсем не хотелось закатывать скандал перед ее друзьями, а может и ее объятия были немой просьбой подождать. Я дал им время попрощаться, и когда компания незнакомцев скрылась в тоннелях метро, наконец смог заговорить.
- Какого черта это было?! С тобой вообще можно хоть о чем-то договариваться или ты всегда будешь меня подставлять! Сначала я просил тебя сюда не идти, ты видишь, чтобы я ходил к кому-нибудь на день рождения, кроме лучшего друга и его сестры? Но я и знаком с ними почти десяток лет, а эта твоя «компашка» сколько существует, два?.. Три месяца? Но ладно, захотела – пошла, но договорились ведь, что в девять часов я тебя забираю, и вместе едем домой. Весь день я просил тебя прислать этот проклятый адрес, и ты что мне говорила? «Позже», «Потом», «Скоро», а когда мне уже нужно было выезжать, ты почему-то послала все договоренности и меня вместе с ними. Я же сказал, что так дело не пойдет, что я все равно приеду, поэтому ты решила, что классно будет не отвечать на его звонки и пусть стоит как идиот на улице, не зная, куда идти и что там происходит с той, за кем он приехал! Это как, нормально ты считаешь?!