- Да забей, все нормально.
Но это не было нормально. Как и совершенно безумный ответ на вопрос: «Что мне сделать, чтобы ты меня простил?»
- Подумай сама, что бы ты могла для меня сделать!
Он не просто играл блондинкой, он взял ее под полный контроль, сделал рабыней, встал на место отца, которого у нее никогда не было, и убедил в истинности разыгранного образа.
Мне было больно видеть эту картину раз за разом и молчать и, как бы все не говорили, что жалеют только жалкие таких же жалких, я правда жалел эту девочку. Она была способна разобраться в происходящем, но страх остаться одной, а точнее страх остаться ненужной мужчине (как она оказалась «ненужной» отцу) не давал ей оценить ситуацию трезво.
Кто как не парень, которого уже через месяц бросит со словами «скоро у меня будет новый…» любимая дама, должен был разобраться в чужих отношениях?
Я начал действовать осторожно: наши с другом встречи все чаще обрастали диалогами об отношениях к женщинам, о чести, мужском достоинстве. Иногда мы даже соглашались друг с другом, и я находил в этом повод для радости. Но время шло, я слушал все те же телефонные разговоры, смотрел на ту же с издевкой улыбку, а часто заплаканный голос блондинки возбуждал в моей памяти ненавистный девиз: «Одна для души, другая для тела». За что судьба определила тебя ко вторым? – думал про себя я, и злоба внутри нарастала.
Она говорила, что любит его, он изредка и по секрету напоминал, что чувствует к ней то же самое, но это не было любовью или даже привязанностью. Я бы назвал их отношения необходимостью: ей нужен был строгий воспитатель, а ему покорная рабыня – так совпало, они были как два слипшихся кусочка пазла из новой коробки - просто подходили друг другу и не хотели разъединяться. Но те, кто собирает пазлы, должны знать, что не разобрав все до последнего элемента, не сможешь по-настоящему насладиться готовой картиной.
Я был не в силах переубедить друга, хотя на тот момент вряд ли я уже думал о нем как о друге, скорее как о задаче, которую нужно решить и забыть. Тогда я решил обратиться к голосу разума блондинки. К тому времени наши компании уже хорошо общались между собой, так что я мог связаться с ней без лишних вопросов.
В тот вечер я позвал ее поиграть в одну из бесконечных онлайн игр, которые здорово помогают убить время и абсолютно не мешают разговору. Она быстро согласилась, ведь как раз хотела отвлечься после очередной ссоры. Как бы девушки не пытались маскировать, но заплаканный голос всегда слышен. Я не хотел сразу накидываться на нее с проповедями о здоровых отношениях между мужчиной и женщиной, поэтому первый из шести часов нашего разговора мы потратили исключительно на обсуждение игры.
Она была милой девчонкой, любящей баловаться. Во время игры подставляла меня, союзника по команде, и смеялась, я делал то же самое в ее сторону, и она забавно разыгрывала сценку обиды. Хвалила за хорошую «партию», поддерживала в моменты неудачи – такой она была в то время и всегда улыбалась…
………………………………………………………………………………...
Я вспоминаю ее молодой. Прошло всего пять или шесть лет с того вечера, но сейчас она действительно состарилась или же печально повзрослела, не внешне, снаружи она все та же только теперь с натуральными темными волосами. Сейчас она куда реже улыбается, все реже находит время для баловства и пытается всерьез строить собственные планы. Меньше говорит о глупостях… меньше говорит вообще. От полученной в подарок шоколадки ее глаза уже не загораются удивлением и искренней радостью, теперь она скромно ответит «спасибо» и отложит ее до вечера, чтобы съесть вместе с чаем с четырьмя ложками сахара.
Теперь она ходит как самая обычная девушка, а шесть лет назад, спрятав ладошки в длинные рукава зимней куртки, она прижимала руки к бедрам и походила на маленького пингвиненка, ведь так сложно идти ровно с прижатыми к телу руками.
Больше она не просит сказать, что ты любишь ее, быть может ждет этого, но не говорит вслух. А как давно она сама говорила, что кого-то любит? Я не слышал этого уже много лет. Нравится, симпатичный, приятный… но «люблю»…
Сколько она уже не просила сводить ее в кино? В парк развлечений? Заказать вкусную еду? Когда она вообще последний раз хоть что-нибудь просила? Я не знаю. Кажется, очень давно.