— А знаете, что у меня есть? — мужчина достал из-под кровати бутылку и поставил её на стол, — Берёг её для особого случаю, но думаю будет не грех распить сейчас хотя бы половину.
— Водка? — удивился Алексей, сев за стол.
— Нет, это Ракия. — ответил Драган, поставив на стол три стакана.
— И чем же она от водки отличается? — спросил Арсений.
— Водка — это чистая химия — а Ракия выведена на фруктах. — объяснил балканец.
Ракия пришлась Алексею по вкусу. Это напиток ему казался вкуснее, чем водка. И тогда его не смутило то, что Драган и Арсений практический не пили. На втором стакане, журналист обратил внимание на фотокарточку, над которой плакал Арсений.
— И сколько ей лет? — спросил Алексей.
— Скоро будет семь. — ответил Арсений, спрятав снимок в кармане пиджака.
— Тяжело, наверное, вдали от семьи. — допив ещё один стакан с Ракией, язык журналиста начал потихоньку заплетаться.
— А сами как думаете? — ответил Драган за друга, подлив Алексею ещё алкоголя.
— Тяжело, но что поделаешь. В Новокиевске работы нет, поэтому приходится искать деньги тут. Пускай я сам буду голодать, но один рублик я им точно пришлю. — Арсений хотел уже и себе налить, но затем передумал.
— Забавно…Ик… Что-то подобное…Ик… Ой… Что-то подобное сегодня я уже слышал. — и вот тут алкоголь окончательно развязал язык Алексею, — Точно! Э-э-этот жид рассказывал следователю, а потом мне… Ик… Про какого-то Герасима. Ха-ха, забавно, но у этого Герасима похожая история. Ха-ха.
— И что ещё вам этот еврей рассказал? — спросил Драган, и этот вопрос ни капельки не смутил пьяного журналиста.
— Да-а тол-лько про этого каторжника. Но во-от, что ме-еня удивило… Ик… Следователя ещё почему-то заинтересовала информация о том, что Герасим искал какого-то доктора. Он даже адрес попросил. Ик… Я не по-онял, что… — вдруг голова Алексея от выпитого закружилась настолько сильно, что он упал со стула на пол, а затем провалился в сон.
Уложив журналиста на койку и убедившись, что он спит мертвецки пьяным сном, сообщники стали обсуждать полученную информацию.
— А ты говорил, что я зря его взял. — вдруг Драган повысил тон, — И кстати, не ты ли мене убеждал, что эта девчонка не посмеет донести?
— Я сам удивлён. — видно было, что Арсений всё ещё не мог поверить в предательство Аси, — Видимо, она глупее, чем казалось.
— В любом случаи, это уже не важно. Ты знаешь, что надо делать… Эх, только зря на её паршивку часть бароновских денег потратили.
— Да, но…
— Что но? С предателями разговор короткий… А-а… Всё-таки она тебе понравилась. — Драган опять повысил тон, — Друг мой, позволь я тебе напомню про семью в Новокиевске.
— Не горячись! Я… Я всё сделаю. — Листов устало вздохнул, — Ситуация уже выходит из-под контроля.
— А вот это ты верно заметил. К счастью, я уже получил ответ от барона. В ближайшие дни в порт прибудет корабль с его людьми, они помогут нам собрать его заказ и уплыть на Большую землю, а тебе уехать в Новокиевск. Так что не страшно, что мы не всё по списку собрали. И вот ещё что… — балканец достал из-под кровати бутылку виски, а затем насыпал туда яд, — Прежде чем разберешься с Асей, навести Печорина. На всякий случай выпьешь вместе с ним. Противоядие я тебе дам.
— Хорошо.
— И, Сеня… — Драган положил руку на плечо приятеля, — Я хочу, чтобы ты знал: такого хорошо преданного друга как ты на всём белом свете не найти. И если с тобой что-то случится, не важно что, обещаю… Нет, я клянусь, что позабочусь о твоей семье.
Арсений ничего не сказал. Забрав бутылку с виски и противоядием, он шатаясь покинул комнату.
На следующие утро, Драган, перед тем как идти на работу, решил в медальоне заменить цепочку. Сняв деревянное украшение с шеи, балканец взглянул на портрет Станы. Не было ни одного дня, чтобы он по ней не скучал. Письма друг к другу были также пронизаны тоской, однако в них же была и надежда, что воссоединение состоится в ближайшие дни. Поцеловав портрет в медальоне, Драган заменил шнурок на цепочку и снова одел на шею.
Затем он обратил внимание на Алексея, в чьём лице так и читалась мука от похмелья.
— О, с добрым утром, Алексей. — налив из кувшина стакан воды, Драган протянул его Бурятину, — Похоже вы сильно перебрали.
— Это да. Мне так неловко. — смутился журналист
— Ничего страшно. — улыбнулся балканец.
— Мне такой идиотский сон приснился…
Алексей рассказал Драгану во всех деталях свой сон. Балканец его внимательно слушал, а когда журналист закончил, рассмеялся. Благо журналист не заметил в смехе лёгкое волнение.
— Да, забавный сон. А знаете, Алексей, когда я в первый раз перебрал с Ракией, мне приснилось, что я в костюме клоуна убегаю от кроликов-людоедов. Вы можете себе это представить?
Алексей и Драган не смогли сдержать смех. С таким веселым началом дня у журналиста быстро прошла головная боль.
Убедившись, что самочувствие журналиста нормализовалось, Радич отправился на работу. Его путь пролегал через Царинцынскую улицу. Там его внимание привлекло толпа зевак у дома номер 16. Подойдя по ближе, Драган увидел из окна второго этажа струящиеся бледно-чёрные струи дыма. Он знал, что там располагалась квартира Карениной. Вдруг его ухо из толпы влетели слова: "Да говорю тебе. Я видела, как труп выносили. Там рука обгоревшая из-под ткани выглядывала. Кошмар какой!" Услышав это, Драган стал пробираться сквозь толпу к подъезду, пока он не наткнулся на отряд городовых, которые сдерживали любопытных зевак. Один из них допрашивал жильца дома. Старик жалобно рассказывал, как на балкон его квартиры упал мужчина, который по описание походил на следователя Вахлакова. Тогда Драган понял, кто является погибшим. Из этого напрашивался вывод: надо как можно скорее покинуть остров. А что касается Арсения, Драган мог только про себя сказать: "Почиваj у миру." И в какой-то момент он понял, что может это даже и к лучшему.
Проверив почту, Драган получил новое сообщение от барона. Корабль прибудет в порт послезавтра. Вечером, перед тем как вернуться в комнату, Радич достал припрятанные телеграммы от барона. Все эти сообщение были посланы на имя госпожи Миловановой. Подставив госпожу, Драган надеялся не только ей отомстить, но и выиграть столько время, чтобы его хватило уехать со Станой очень далеко. И вот когда он зашёл в кабинет Алисы, чтобы положить телеграммы в нижний ящик стола, его окликнула госпожа. Одетая лишь в нижнее бельё и халат, женщина стала снова приставать к помощнику. Тот пытался отмахнуться, ссылаясь работу, но Алиса прижала его к себе и страстно поцеловала, а затем потащила в спальню.
***
— … Когда я проснулся, то понял, что нужно бежать в кабинет. Ну, а что было дальше, я думаю, она вам уже рассказала. — на этом Драган и закончил свой рассказ.
Смотря Гвидона, у Руслана с трудом получалось сдержать отвращение. Даже во время явки с повинной, Драган вёл себя так, будто он умнее всех на свете. И Руслан понимал, что даже каторга не вылечит этого человека от честолюбия.
— Я не боюсь каторги! — самоуверенно продолжил Драган, — На Балканах я жил и в более худших условиях… Конечно, жалко, что я её не прибил. В спешке я забыл проверить пульс. И ваш шеф на редкость оказался живучей букашкой.
И тут Руслан не выдержал. Юноша схватил Драгана схватил за горло. Лёгкий испуг отразил на лице Радича лишь на пару секунд, а затем он рассмеялся.
— Какие эмоции! — Руслан казался Драгану желторотым воробушком, которые только недавно вылупился, — Знаете, если вы и дальше так будете на всё бурно реагировать, то повышение вы получите очень нескоро.
— Если Пётр Иннокентьевич не выживет, — злобно прошипел Руслан, — Я приложу все усилия, чтобы вас казнили.
— Да? — даже эта угроза не произвела на Драгана никакого впечатления, — Интересно будет посмотреть, как вы судью будет упрашивать.