- Пойдёмте в дом, – Грэм положил руку на плечо Миллс, – И вы мне расскажете мне то, что видели.
- Я бы хотела поехать вместе со скорой, мистер Хамберт, – чуть треснувшим, но всё же спокойным голосом попросила брюнетка.
- Я вас сам отвезу, как только вы мне всё расскажете.
Реджина кивнула и пошла в дом, шериф шёл за ней, следом – притихшие мальчики и поскуливавшая Лола, которая выбежала из дома чуть позже и видела, как Эмму на носилках загрузили в карету скорой. Генри вовремя успел схватить собаку за поводок и еле удержал её, шепча успокаивающие слова.
- Мальчики, идите спать в комнату Генри. Я позже позвоню няне и поеду в больницу.
- С Эммой всё будет хорошо? – спросил младший Миллс.
- Да, – твёрдо сказала Реджина.
Она и сама хотела в это верить и пыталась вселить эту веру в детей. Но помня бледное лицо женщины и её бездвижное тело, брюнетка боялась, что всё могло быть плохо. Она знала одно: Эмма Свон была жива. А это было главное, с остальным можно справиться. Наверное…
Реджина подождала, пока мальчики и Лола поднимутся наверх, и молча пошла в кабинет. Грэм пошёл следом. Миллс, подойдя к бару, налила себе виски и залпом выпила. Обычно она никогда себе такого не позволяла, но сейчас была такая ситуация, когда крепкий алкоголь не помешает. Она плеснула себе ещё немного янтарного напитка, который приятно обжёг внутри и дал временное облегчение. В любом случае она сегодня не сядет за руль, шериф обещал отвезти её в больницу.
Она обернулась к мужчине и указала на стул возле её рабочего стола, а сама села в кресло.
Грэма восхищала эта женщина, и когда-то он был в неё даже влюблён, но побоялся подступиться к грозному мэру. Миллс всегда была холодна, строга и недосягаема. Хамберт подозревал, что в жизни той что-то произошло, иначе почему такая умная и красивая женщина была одинока. Постепенно он смог загнать свои чувства глубоко вовнутрь и весь ушёл в работу. А потом появилась Эмма Свон.
Все мысли Грэма сейчас были с блондинкой, и он сам рвался скорее покончить с формальностями и поехать в больницу. Но он не понимал, почему Миллс тоже спешит оказаться там? Это не может быть простой заботой о состоянии обычной соседки по улице. Неужели…? Ему не хотелось верить в свои догадки. Но Эмма Свон была лесбиянкой и не скрывала этого. А мадам мэр.... Мадам мэр была женщиной. И вполне вероятно, что между этими двумя что-то было. Грэм вздохнул, понимая, что никак не сможет тягаться с этой красивой брюнеткой. Но всё равно он хотел быстрее оказаться рядом с Эммой и узнать о её состоянии.
- Это был чёрный мотоцикл, – сказала Реджина, не дожидаясь вопроса, – Водителя я не разглядела, и к тому же на нём был тонированный шлем.
- Сейчас у меня в участке был мужчина, Август Бут. Он пришёл заявить о краже его байка. Нет, это не может быть он, – Грэм покачал головой, – На момент инцидента мистер Бут был в участке.
Реджина кивнула.
- Вы совсем ничего не можете припомнить, что могло бы помочь?
- Нет… – Миллс с трудом сдерживала отчаяние.
Да что она могла вспомнить, когда за несколько мгновений до того, как Эмму сбил мотоцикл, рука блондинки гладила её попу?
- Хорошо. Я обещал отвезти вас в больницу.
Няня приехала быстро, поэтому уже спустя полчаса полицейский форд притормозил на больничной стоянке.
Реджина сдерживала себя, чтобы не выбежать из машины, но всё же она быстрее Грэма вошла в двери и направилась к стойке администрации.
- Мадам мэр! – узнала её девушка, сидящая на ресепшене. Реджина чуть поморщилась, она не любила таких девушек: короткие ёжиком чёрные волосы, готический макияж, пирсинг в носу, в ушах куча колец. Но раз администрация больницы не возражала, к тому же девушка была обычной секретаршей, то Миллс ничего не могла сделать.
- Вы по поводу мисс Свон? Она сейчас в палате интенсивной терапии. Доктор недавно осмотрел её.
- Могу я к ней зайти?
- Не знаю, мисс Миллс, я сейчас позову доктора, и вы с ним поговорите.
- Будьте любезны, милочка.
Доктор вышел к Реджине и стоящему позади Хамберту минуты через две. Это был пожилой человек лет шестидесяти, его виски уже посеребрила седина, глубокие морщины легли в уголках глаз и возле рта. Глаза выглядели уставшими.
- Мадам мэр, шериф, – кивнул доктор Мейсон, судя по бейджику на груди, – Мисс Свон только что пришла в себя. Серьёзных повреждений, опасных для жизни я не выявил: лёгкое сотрясение мозга, сломано два ребра и левая нога. В остальном всё нормально. Думаю, что через пару дней её можно будет выписывать домой.
- Могу я к ней войти?
Доктор пожал плечами.
- Конечно. Но я дал ей обезболивающее и снотворное, так что не знаю, сможете ли вы с ней поговорить. Я бы посоветовал прийти завтра.
- Проводите меня к ней в палату!
Доктор Мейсон вздохнул, понимая, что с мадам мэр лучше не спорить.
Эмма полулежала на кровати с закрытыми глазами. Выглядела она бледной, под глазами залегли серые круги. Кроме сотрясения, у Свон была небольшая травма на лбу, на которой красовался пластырь; на правой щеке – ссадина, видимо, женщина хорошо приложилась об асфальт. Дыхание блондинки было чуть прерывистым.
Когда Миллс вошла в палату, Свон открыла глаза и скосила взгляд на брюнетку. Ей губы тронула лёгкая усмешка.
- Привет, красотка! С Эммой Свон всё норм. Она и не такое переживала.
Из-за плеча Миллс появилась голова Хамберта.
- Ого! Походу всё городское начальство решило совершить ко мне визит. Это честь, шериф.
- Эмма… Ты как? – спросил Грэм.
- Я же сказала, что всё окей.
- Могу я кое-что у тебя спросить, или мне прийти завтра?
- Да валяй, спрашивай.
- Я бы хотел узнать, что ты помнишь?
- Да всё я помню, – Эмма посмотрела на мадам мэр и подмигнула, от чего щёки женщины покрыл румянец.
Её смущало поведение блондинки. Та, даже будучи на больничной койке, не оставляла своих приколов.
Грэм откашлялся, его тоже смущало поведение женщины, то, как та вела себя по отношению к градоначальнику, и то, что мадам мэр реагирует совершенно не так, как обычно.
- Я бы хотел спросить про байкера.
- Да я поняла, – Эмма зевнула, её уже клонило в сон от лекарств, – Парень был в тонированном шлеме, так что лица я не видела. Но я бы скорее сказала, что это была девушка.
- Девушка? – нахмурился шериф.
- Угу. Девушка, – ухмыльнулась Свон, – Я девчонку всегда распознаю, в шлеме она или без шлема.
- Это вполне мог быть подросток, – предположил Хамберт.
- Это твои предположения, Грэм, но я уверена, что это была девушка.
А ещё Свон показалось, что байкерша метила в Реджину, но блондинка промолчала, не желая пугать Миллс. Пусть все думают, что это был обычный лихач. Хотя, может, ей это показалось. Но она была рада, что реакция её не подвела, иначе на этой койке сейчас лежала бы не она, а Миллс. Или даже они обе.
Свон понимала, что ещё немного, и она вырубится. Женщина посмотрела на Реджину.
- Реджина, пригляди за Роландом и Лолой, пока я тут валяюсь.
- Ты могла бы и не просить, – улыбнулась брюнетка.
- И не позволяй пацанам баловать собаку со стола.
- Уж об этом могли бы и не говорить, мисс Свон, – усмехнулась по-доброму Миллс.
- И принеси мне завтра мой ноутбук, хорошо? – уже закрывая глаза, пробормотала Эмма.
Миллс нахмурилась.
- Зачем?
Но ответом ей было сопение спящей женщины. Брюнетка вздохнула и прошептала:
- Спокойной ночи, Эмма.
Шериф высадил Реджину возле её особняка. В гостиной горел свет, и это заставило мадам мэр нахмуриться. Она попрощалась с Хамбертом и поспешила в дом.
Генри сидел на диване с полупустым стаканом молока. Лола лежала на полу, положив морду на лапы. Увидев маму, Генри вскочил и встревоженно посмотрел на неё. Собака тоже подняла на брюнетку свои глаза и как будто вопрошала: как там дела?
- Всё хорошо, сынок, – улыбнулась Реджина, – Доктор обещал, что Эмму уже через пару дней могут выписать домой.