Голд и Спенсер организовали летний христианский лагерь, и реклама его мелькала как в интернете, так и вне его: листовки с приглашением провести лето вместе с Христом раздавались на улицах, столбы были увешаны плакатами, которые рассказывали, о чём дети узнают, побывав там.
До выборов оставалось всего несколько дней. Спенсер всё так же лидировал, хоть и с отрывом всего чуть более, чем в один процент. Все те потуги, что были совершены были этим человеком, мало что ему принесли. Эмма надеялась, что всё-таки у Реджины есть небольшой шанс перед прокурором. В последние дни Свон выкладывала их совместные снимки и видеоролики: они вдвоём, они с Генри, Генри с Лолой, Генри с мамой. И под ними было много умилительных комментариев, хотя и враждебные тоже попадались.
Но вдруг, как гром среди ясного неба, буквально за день до «дня тишины» в сети появилось несколько шокирующих снимков, которые и повлияли на исход голосования.
Комментарий к *Шляпник
====== Часть 19 ======
Эмма сдала очередной проект и была свободна. Миллс же почти всё время находилась в мэрии: нужно было завершить все необходимые дела перед выборами, сдать отчёты. На встречи, которые проходили с избирателями, женщины появлялись вместе и брали с собой Генри. Они уже не скрывали своих отношений перед жителями Беквудза, и когда звучали провокационные вопросы, иногда смущавшие железного мэра, Эмма брала её за руку и выруливала ситуацию. Генри доставляло удовольствие рассказывать, как он проводит время со Свон и с Лолой, как скучает по маме, когда она задерживается на работе. Но он считает, что его мамочка – лучший мэр для их городка.
Блондинка делала всё возможное, чтобы повысить рейтинг мадам мэр, и за последнюю неделю ей это практически удалось. После того, как в четверг ближе к ночи в сети было вывешено новое видео семейного обеда, рейтинг нынешней мадам мэр опередил Спенсера почти на пять пунктов к обеду пятницы! Обошлось, конечно, не без помощи Брукс, которая помогла ещё и срежиссировать его. Но Эмма смогла на это уговорить любимую женщину. По словам блондинки, ролик вышел «отпадно».
В пятницу стало известно, что из Нью-Йорка приехал сын Спенсера, чтобы поддержать своего отца на выборах. Мужчина приехал не один, а в сопровождении своей беременной жены. На сайте города практически сразу же появилось видео-интервью с Джеймсом Спенсером, в котором было много слов благодарности своему отцу. О том, как он его любит, как любит свою мать, жену, которая носит сейчас его сына. Джеймс вещал, что подростком он был безответственным ребёнком, и только твёрдая рука отца сделала его тем, кем он стал. Он добавил, что тоже будет строг со своим сыном, что вырастит его настоящим гражданином…
- Бла-бла-бла, – поморщилась Свон и нажала на паузу, – Не хочу смотреть на этого прохвоста!
- Эмма! – укоризненно воскликнула Реджина, – Позволь мне посмотреть. У меня завтра дебаты, и мне нужно быть подготовленной.
- Да лады, -соглашаясь, вздохнула Свон, – Только избавь меня от этого!
- Сходи, погуляй с Генри и выгуляйте Лолу, – предложила Миллс.
- Хорошо, пойдём в парк.
Блондинка чмокнула Реджину в висок и пошла переодеваться, а Миллс снова включила ролик.
Генри с радостью согласился пойти в парк вместе с Эммой и собакой, его не пришлось уговаривать. Парнишка быстро переоделся и пулей слетел вниз, где его уже ждала Свон и поскуливающая Лола на рулетке.
В этот пятничный полдень на детской площадке парка было полно детей. В основном это были ребята примерно одного с Генри возраста, пришедшие кто с родителями, а кто с нянями.
Чуть дальше от самой площадки по велодорожкам разъезжали скейтеры, парни и девушки лет 12-17. Эмма недовольно посмотрела на одну из девушек, которая резко притормозила, когда она с Генри и Лолой шла к площадке. Девушка улыбнулась, пропуская женщину с ребёнком и собакой, на что получила улыбку Генри. И когда те отошли, оттолкнулась и поехала дальше. Мальчик какое-то время смотрел девушке вслед, когда вдруг услышал смешок Эммы.
- Она стара для тебя, пацан.
- Не, – постарался оправдаться мальчик, – Я хочу так же, как она. Доску хочу!
- Твоя мама меня убьёт, если я её тебе куплю, – Свон отрицательно покачала головой.
- Неа, – усмехнулся мальчик, – Не убьёт! Купишь?
- Лады, я подумаю.
Блондинка наклонилась, чтобы убрать за Лолой кучу, которую та навалила, когда краем глаза заметила, как к Генри подошёл бледнокожий конопатый мальчик с рыжими волосами примерно его возраста. Мальчишка был полноват, и взгляд его бледных глаз был туповат.
- Твоя мама – лесбиянка! – мальчик толкнул Генри в грудь и засмеялся.
- Отвали, Уотсон, – просто сказал Генри.
Мальчик обернулся. Эмма проследила за его взглядом и увидела грузного мужчину лет сорока с такими же волосами, как у мальца, и туповатым взглядом. Тот сидел на лавочке и что-то пил из пакета. Эмма хотела бы верить, что это было пиво, а не что покрепче. Хотя и то, и другое, наверное, было противозаконно на детской площадке.
- Твоя мама – лесбиянка! Твоя мама – лесбиянка! Мама Миллса – лесбиянка!
Свон выкинула пакет с экскрементами в предназначенный для этого бак и широким шагом направилась к мужчине, держа Лолу на коротком поводке. Она видела, как Генри сцепился с мальчишкой, как дёрнулся мужчина, но она оказалась рядом с ним слишком быстро, чтобы тот сумел помочь сыну.
- Сиди смирно! – приказала женщина, и мужчина вжался в лавку, – Твой сын – настоящий говнюк! Благодари бога, что он ещё слишком мал, чтобы привлечь его за оскорбление личности. Но если я ещё раз узнаю, что он говорит что-то про мадам мэр, знай, я засужу тебя!
Тут неожиданно Эмма почувствовала тёплую руку на своём плече.
- Эмма, на правду не стоит обижаться, – тон Миллс был спокойным, но очень холодным и полным сарказма.
Блондинка обернулась – Реджина и вправду стояла сзади. Это не была галлюцинация.
Как она её не увидела? Видимо, гнев застлал глаза.
- Да, мистер Уотсон, я – лесбиянка. Что в этом такого? Это не запрещено законом. А вот вы пьёте алкоголь на детской площадке! Это уже что-то! Я могла бы позвонить в полицию, но думаю, что вы сами решите, что следует сделать.
Мужчина побледнел и попытался выкинуть бутылку в урну. Но это у него не получилось и бумажный пакет упал рядом, а жидкость вылилась на землю. Уотсон с сожалением смотрел на вытекающий напиток. Лола рычала на мужчину, но Эмма её сдерживала от того, чтобы собака бросилась на мужчину.
- Эмма, пойдём домой, дорогая, – Миллс демонстративно взяла Свон за руку и поцеловала в щёку, – Ге…
Взгляды женщин уставились на мальчика, который лежал на земле, а младший Уотсон восседал на нём. Эмма, даже не задумываясь, передала рулетку Реджине и, подойдя к драчунам, приподняла за рубашку младшего Уотсона. Тот только и сказал:
- Ой!
- Генри, вставай!
Миллс подскочил и отряхнул с себя землю.
- Отпустите меня, – взмолился Сэм.
- Отпустите меня, мэм, – усмехнувшись, поправила мальчика женщина.
- Отпустите меня, мэм, – чуть не плача, всхлипнул Уотсон.
- Вот! Хороший мальчик.
Свон опустила беднягу на землю и хлопнула того по спине.
- В следующий раз хорошо подумай, прежде чем что-либо говорить. Понял?
- Угу…
- Полный пиздец! – Эмма упала в плетёное кресло и закурила сигарету.
Было уже достаточно поздно, Генри ушёл спать. Свон и Миллс сидели на заднем дворе: Реджина потягивала «Шардоне», а Эмма свой любимый «Миллер».
- Ты могла бы засудить этого ублюдка за оскорбление личности.
- Эмма, – мадам мэр укоризненно покачала головой, на что Свон усмехнувшись и, выдохнув из носа дым, сделала глоток из запотевшей бутылки.
Как было уютно сидеть в беседке рядом с любимой женщиной, курить и потягивать пиво.
Ещё не совсем стемнело, сумерки лишь прокрадывались в Беквудз, окрашивая край неба в розовый цвет заката. Где-то в зарослях роз пели сверчки. Любимая яблоня Реджины почти отцвела, но цветы ещё не утратили свой аромат, хотя потихоньку их лепестки опадали и застилали траву и даже пол беседки.