– Да.
– Действительно злишься? – Дэв наклонила голову, глядя в глаза Лауры, которые выглядели почти прозрачными в лунном свете.
Лаура опустила руки.
– Должна бы. – Она поправила очки и вздохнула. – Но – нет, полагаю.
Дэв улыбнулась.
– Спасибо. – Но улыбка быстро пропала. – Почему ты не голосовала за меня?!
– О, Боже, – Лаура закатила глаза. Женщины продолжили прогулку.
– Что? – Дэв расстроено взмахнула рукой в воздухе. – Я хочу знать.
Лаура засмеялась.
– Я знаю, что хочешь.
Дэв показно зарычала.
– Почему ты мучаешь меня?!
– Потому что это – весело.
– Ну, в этом нет ничего необычного.
Дэв обняла Лауру за талию и они медленно пошли дальше.
"Так вот, что значит быть влюбленной", – думала Лаура со смесью страха и благодарности. "Боже, какой глупой я была раньше. Если бы я только знала…". Теперь она поняла, что Дэв имела в виду. Значит, это действительно… Это было правдой. Она покосилась на волосы Дэв, купающиеся в лунном свете. И в ту же минуту Лаура поняла, что еще никогда в жизни она не чувствовала себя так правильно.
Она по-своему любила Джудда, но в их отношениях всегда чего-то не хватало. Отсутствовала та особая связь. Лаура никогда не чувствовала, будто часть ее отсутствовала, когда его не было рядом. Даже в лучшие времена, она не хотела, чтобы он прикоснулся к ней или улыбнулся. Она никогда не страдала, когда он был далеко. Это все настолько отличалась от того, что она чувствовала к Дэв. Если, по какой-то причине, они не могли поговорить, как делали это почти каждый вечер, когда Дэв разбиралась с делами за день, то Лаура с открытыми глазами лежала в своей постели и ждала, чтобы услышать звук шагов Президента и скрип двери в ее комнаты.
Независимо от того, что она делала или говорила, ее глаза или мысли всегда были сосредоточены на Дэвлин. И когда их разделяло расстояние, Лаура чувствовала себя действительно одинокой.
Они шли молча. Но это была уютная тишина.
Дэв остановилась и повернулась, чтобы заключить блондинку в объятие.
– Я так люблю тебя, Лаура. Ты понятия не имеешь…
– Нет. – Лаура решительно покачала головой. – Ты не права. Я понимаю. Впервые в жизни я, в самом деле, понимаю. Более того, я, наконец, поняла, о чем ты говорила в твоей комнате той ночью. Относительно того, что должно быть. – Она подняла руку, чтобы погладить Дэв по щеке, глядя в ее сияющие в лунном свете глаза.
– Я думаю, мы обе понимаем это. – Дэв медленно наклонилась и мягко поцеловала писательницу. Их губы разделились только, когда обеим стало не хватать воздуха. Дэвлин прошептала. – Это стоит того, не так ли? – "Поверь в это как я, Лаура. Всем своим сердцем".
– О, да, – вздохнула Лаура, чувствуя потерю из-за того, что Дэв отступила подальше, чтобы заглянуть ей в глаза, наблюдая за реакцией.
Внезапно что-то сдвинулось в сознании Лауры. Она вспомнила о свежесрезанных розах, которые приносили к ней в комнату каждое утро, начиная с первого ее дня в Белом Доме. Она улыбнулась, крайне заинтригованная.
– Ты ухаживала со мной с самого начала, Дэвлин Марлоу?
Дэв почувствовала, как ее щеки покраснели. Но румянец остался незамеченным в лунном свете. Пока Лаура не заметила этого, Дэв поспешила наклониться к ней и прошептать на ухо:
– В это суть ухаживания, Лаура. Ты влюбляешься настолько медленно, что сама этого не замечаешь. – Она прикоснулась губами к уху Лауры и почувствовала, как та вздрогнула от контакта. – Ты понимаешь, что в этот момент за нами, вероятно, наблюдают стрелки с крыши? – Немного поддразнила Дэв. – Разве то маленькое сексуальное видео не сообщило тебе, что это возбуждает большинство мужчин?
Лаура застонала.
– Видео целиком игнорировало тех людей, которые носят штаны. И ты всю жизнь собираешься напоминать мне об этом, не так ли?
– Это не тебе пришлось объяснять Руководителю штата, почему из спальни раздавались такие эротические звуки, когда я звонила тебе. Он решил, что мы занимались сексом по телефону, ради Бога!
Ветер швырнул Лауре в лицо прядь волос, и она подняла руку, чтобы убрать ее за ухо.
– Прости. Это было неожиданностью и для меня тоже. Шутка от Вэйна, полагаю. Или не шутка. Я точно не уверенна. – Она прислонилась к Дэв, когда они снова направились к Белому Дому. Порыв ветра заставил ее задрожать и поближе прижаться к теплому телу своей спутницы.
– Замерзла, милая?
– М-м-м… Немного.
– Как насчет камина и двух чашек какао с нашими именами на них.
– Зефир?
Дэв поцеловала макушку Лауры.
– Сколько угодно.
* * *
Лаура вытянула ноги поближе к огню и пошевелила пальцами, она усмехнулась из-за чашки с какао, глядя, как Дэв натягивает шлепанцы.
– Глупость, – пробормотала она. Дэв в ответ только показала язык. – Это – просто рай. Сними тапки и позволь огню сделать свою работу.
– Хех, – Дэв взяла свою чашку и присоединилась к Лауре на полу. – Ненавижу быть без обувки. Еще с детства.
– И тому есть причина? – Лаура отклонилась назад, глядя на горящие в камине дрова.
Дэв на мгновение задумалась, глотнула какао.
– Пожалуй, нет. Но, возможно, был какой-то инцидент в детстве.
– Возможно, подсознательно ты боишься, что тебе придется бежать голой через лес, – усмехнулась Лаура.
Любое другое оправдание, которое смогла бы придумать Дэв, выглядело бы гораздо лучше.
– Допускаю, что это был не лучший мой день. Царапины в нежных местах зудели еще несколько недель.
Лаура фыркнула, зажав рот, чтобы не потерять какао.
– Без комментариев. – "О-о-о, постой-ка. Разве не ты говорила о том, чтобы унять некое специфическое желание, когда я выздоровею? Боже, я жажду этого".
Дэв протянула руку, чтобы заправить непослушный локон Лауры за ухо.
– Это – моя реплика.
Лаура выглядела смущенной.
– Боже, у меня начинается зуд?
– Хм?
Лаура покачала головой, внезапно начиная понимать, о чем говорила Дэв.
– Не бери в голову.
– Ты в порядке? – С сомнением спросила Дэв. – Ты выглядишь немного растерянной.
Когда Лаура застенчиво кивнула, что было нехарактерно для нее, и улыбнулась Дэв, та немедленно так же улыбнулась в ответ. Она была рада знать, что она не единственная, испытывает волнение из-за самых простых взглядов, касаний или фраз. Дэв протянула руку и коснулась светлых шелковистых волос. Прикосновение было мягким и очень личным, призванным привлечь внимание писательницы.
Что оно и сделало.
Лаура, сама не зная почему, затаила дыхание.
Дэв, не в силах оторвать взгляд от прекрасных глаз, поставила свою чашку и ловко освободила Лауру от ее чашки. Другой рукой Президент провела по щеке блондинки и мягко притянула ее к себе. Она не останавливалась, пока их лица почти не соприкоснулись.
– Думаю, тебе надо знать, мадам Президент, что если ты немедленно не поцелуешь меня, я умру. – Голос Лауры был на октаву ниже нормального, и от этого дрожь прошла по телу Дэв.
– Я тоже, – выдохнула Марлоу.
Их губы медленно и мягко встретились, это прикосновение было взрывом эмоций, заставившим обеих женщин застонать и пославшим дрожь по их телам. С Дэвлин это никогда не было стремительным или торопливым. И Лаура не была уверенна, пела ли она хвалу или вызывала проклятья на голову Президента. Но, как бы то ни было, все это будет позже. Сейчас ее тело было занято другим. Она почувствовала приятный огонь, когда поцелуй углубился, и теплые влажные языки начали осторожное исследование и дегустацию.
Дэв стонала почти в изнеможении, когда их губы нетерпеливо касались друг друга снова и снова. В саду, в лунном свете, околдованная парой серых глаз, Дэв решила, что этим вечером она не остановится, если конечно Лаура не попросит ее. Нежное прикосновение блондинки, аромат ее волос и кожи, только усиливали решение Марлоу. Она адски нервничала, но ее тело не разделяло трепета духа, отвечая горячими вспышками на прикосновения Лауры, вкус и силу момента.