Снова в моем мозгу мелькнула картинка — Роджер в пустом доме, грустит из-за перспективы провести этот долгий вечер в одиночестве, и только голоса с кладбища насмехаются над ним. В этот момент мне реально хочется задушить и Эми, и Карен.
— Дай мне пару минут, — говорю я. — Я что-нибудь придумаю.
Эпопея с Роджером продолжается уже два часа, а телефон тем временем не перестает звонить. Я отправляю кого-то к Питеру Повакласу, связываюсь с девочкой в отеле «Шератон» и договариваюсь с водителем, чтобы ее встретить и забрать деньги, она относительно недавно работает на меня, и мне не нравится, когда у кого-то из новеньких оседает слишком большая сумма, пока я еще не узнала, что она за человек. Я звоню Зои/Ким — обычно я именно так про себя называю девочек, если они работают под псевдонимом.
— Работа, — быстро говорю я, экономя время. Бог троицу любит, да? — Роджер Джонс, Западный Роксбери, телефон 555-66-76. Позвони ему и сразу же отзвонись мне.
Я кладу трубку, не дав Зои возразить, поскольку сегодня, похоже, все настроены поспорить. Что случилось? Может, планеты вращаются не в ту сторону или что-то типа этого?
Зои/Ким перезванивает мне через десять минут.
— Все нормально, позвоню тебе, как только доберусь до места.
Господи, хоть что-то получилось. Я вздыхаю с облегчением.
— Спасибо, дорогая. Тогда и поговорим.
Питер Поваклас звонит пожаловаться. Питер «купил», как он изящно выразился, девочку на два часа и хочет, чтобы его «покупка» осталась и на третий, но она отказывается.
— Позови ее к телефону, — прошу я.
— Привет, Персик.
Я слышу в ее голосе усталость. Я бы тоже утомилась после двух часов в компании Питера.
— Привет, дорогая. Ты не хочешь остаться еще на час? — Несмотря на все сочувствие, я бы хотела, чтобы она осталась. Я получаю комиссионные с каждого часа, при этом ничего не придется больше делать. Так что это на руку и ей, и мне — получить больше денег без дополнительных телефонных звонков, поездок и всего остального.
— Нет. — Ответ звучит резко, но я и это могу понять. — Я уже объяснила Питеру, что завтра утром у меня прослушивание и мне нужно выспаться.
Действительно у нее назначено прослушивание или нет — это спорный вопрос, но, определенно, она хочет выбраться оттуда, так что дополнительный час нам не обломится. Я сдаюсь:
— Ладно, хорошо, дорогая, дай-ка мне Питера.
— Ну? — Он всегда проявляет враждебность, так сказать, с места — в карьер.
Я не удостоила его ответом немедленно, неспешно закурив, чтобы Питер понял, кто здесь хозяин. Представляю, как он барабанит пальцами, пока я медленно вдыхаю сигаретный дым, а потом так же медленно выдыхаю его.
— У нее завтра прослушивание, и она не может остаться, Питер. Я не могу ее заставить. Это не мои методы. Хочешь, я попробую прислать к тебе еще кого-нибудь?
— Я хочу, чтобы она осталась.
Теперь Питер говорил прямо как мой сынок. Нет, беру свои слова обратно, Сэм никогда так не капризничает. А если вдруг решится, то это будет первый и последний раз.
Я не в первый раз понимаю, что работа «мадам» — это отличная тренировка перед тем, как завести своих детей.
— Знаю, Пит, но она не может. Когда я отправляю девочку на вызов, то могу гарантировать, что она пробудет у тебя оговоренное время, и только. Я не могу заставить остаться, если она не хочет.
Питер определенно не понимал, как кто-то может не хотеть остаться с ним.
— Я же налил ей бокал вина, — сердито сообщает он, словно беспрецедентная щедрость должна обеспечить верность до гробовой доски.
— Уверена, ей очень понравилось, — говорю я. Звонок по второй линии. — Ладно, Пит, мне пора, она уже уходит?
— Одевается. Уже.
Да, он собирается усложнить уход, точно говорю.
— Отлично. Попроси ее позвонить мне с мобильника из машины, ладно? Ну, как только она от тебя уйдет. Мне надо с ней поговорить. — Ага, чтобы понял, что если она не отзвонится, то я позвоню ему сама. Никаких тонких намеков. С Питером тонкости не прокатывают. — Так ты хочешь увидеться с кем-то еще?
— Я подумаю.
— Конечно, ты хочешь.
Я нажимаю на кнопку отбоя, но упускаю второй вызов. На дисплее высвечивается незнакомый мне номер, но у меня нет сил перезванивать самой. Проверю голосовой ящик через минутку. По телевизору показывают какую-то перебранку, и на секунду мне хочется сделать погромче и посмотреть, что там такое. Честно говоря, сейчас я рада стать свидетелем чужих страстей, чужих драм, как говорится, на людях и горе в полгоря, особенно если у этих людей тоже не все в порядке, но вместо этого я сделала перерыв и пошла на кухню налить себя кофе со льдом. Хватит этой полезной для здоровья ерунды.