«Но почему, принц, ты говоришь: «Тогда, Господин, Нигантхи потерпели поражение»?
«Вот только вчера, Господин, я отправился к Нигантха Натапутте… он сказал мне… «Ну же, принц. Отправляйся к отшельнику Готаме и по прибытии скажи следующее: «Господин, говорит ли Татхагата слова, которые для других являются неприятными и немилыми?»… как если бы шипастый орех застрял бы у человека в горле: он не смог бы ни проглотить его, ни выплюнуть. Точно также, когда ты задашь отшельнику Готаме этот вопрос-рогатину, он не сможет ни проглотить это, ни выплюнуть».
В тот момент принц держал на коленях малыша. И Благословенный сказал принцу: «Как ты думаешь, принц? Если бы этот малыш из-за твоей беспечности или же беспечности няньки взял бы в рот палку или камень, что бы ты сделал?»
«Я бы вытащил это из его рта, Господин. Если бы я не смог вытащить это, тогда, удерживая его голову левой рукой, я бы согнутым пальцем своей правой руки вытащил бы это, даже если бы поранил его. И почему? Потому что у меня есть сострадание к малышу».
«Точно также, принц:
* Если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, неприятные и немилые для других, то он не говорит их.
* Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, неприятные и немилые для других, то он не говорит их.
* Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, [но] неприятные и немилые для других, то он знает нужный момент для того, чтобы произнести их.
* Если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, но приятные и милые для других, то он не говорит их.
* Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, [хотя] приятные и милые для других, то он не говорит их.
* Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, приятные и милые для других, то он знает нужный момент для того, чтобы произнести их. И почему? Потому что у Татхагаты есть сострадание к живым существам».
«Господин, когда знать или брахманы, домохозяева или отшельники, сформулировав вопрос, приходят к Татхагате и спрашивают его, имеется ли у него такая заблаговременная мысль: «Если эти придут ко мне и спросят об этом, то, в таком случае, я отвечу им так» — или к Татхагате приходит ответ сразу на месте?{310}».
«В этом случае, принц, я задам тебе встречный вопрос. Отвечай так, как посчитаешь нужным. Как ты думаешь? Разбираешься ли ты в частях колесницы?»
«Да, Господин. Я разбираюсь в частях колесницы».
«И как ты думаешь? Когда люди придут и спросят тебя: «Как называется эта часть колесницы?» имеется ли у тебя такая заблаговременная мысль: «Если эти придут ко мне и спросят об этом, то, в таком случае, я отвечу им так» — или же к тебе придёт ответ сразу на месте?»
«Господин, я известен своим знанием частей колесницы. Все части колесницы мне хорошо известны. Мне придёт ответ сразу на месте».
«Точно также, принц, когда знать или брахманы, домохозяева или отшельники, сформулировав вопрос, приходят к Татхагате и спрашивают его, к нему приходит ответ сразу на месте. И почему? Потому что свойство Дхаммы досконально постигнуто Татхагатой. Благодаря этому доскональному постижению свойства Дхаммы к нему приходит ответ сразу на месте».
Когда так было сказано, принц Абхая сказа Благословенному: «Великолепно, Господин! Великолепно! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Благословенный различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Благословенном, прибежище в Дхамме, и прибежище в Сангхе монахов. Пусть Благословенный помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь».
МН 59
Бахуведания сутта — Много видов чувств
редакция перевода: 20.01.2014
Перевод с английского: SV
источник:
(В ниббане нет ощущений, но всё же она является приятной)
Я слышал, что однажды Благословенный пребывал рядом с Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. И тогда плотник Панчаканга отправился к Достопочтенному Удайину и по прибытии, поклонившись ему, сел рядом. По мере того, как он сидел там, он обратился к Достопочтенному Удайину:
«Достопочтенный, о скольких видах чувств говорил Благословенный?»