Как и не стали бы вредить тогда другим.
Кто слабого и сильного бы защищал,
Непревзойдённого покоя б пусть достиг.
Канал кто строит, воду тот ведёт,
Кто стрелы делает, ровняет тот древко,
Плотник выравнивает деревянный брус,
А мудрый ищёт укрощения себя.
Есть те, кто укрощают кулаком,
Другие — палками, а третьи и кнутом.
Но сам я укрощён был тем,
Кто безоружен был и палки не имел.
«Безвредный» — это имя я ношу,
Хоть в прошлом очень я опасен был.
Имя моё правдивое теперь,
Ведь я вреда живому не чиню.
Хоть и разбойником однажды в прошлом жил –
«Гирляндой пальцев» звали все меня,
И я был тем, кто наводнением был смыт –
В Будде прибежище я [всё же] смог принять.
Хоть кровожадным я однажды в прошлом был,
«Гирляндой пальцев» называли все меня,
Узри прибежище, что смог ведь я найти,
Существования оковы все разбив.
Хоть совершил я очень много разных дел,
Ведут которые в ужасные миры,
Их результат уже сейчас меня достиг,
И потому без долга пищу свою ем.
Они глупцы, рассудка нет у них,
Тех, кто беспечности решил себя отдать,
Мудрец же прилежание бережёт,
Своим великим благом чтит всегда.
Не позволяй беспечности прийти,
И наслаждения не ищи в усладе чувств,
Но с прилежанием же медитируй ты,
Чтобы блаженства совершенного достичь.
Мой выбор тоже можешь разделить,
Пусть будет так, ведь не плохой он был.
Из всех учений, к коим можно прибегать,
Пришёл я к тем, что лучше остальных.
Мой выбор тоже можешь разделить,
Пусть будет так, ведь не плохой он был.
Тройного знания сумел ведь я достичь,
Учение Будды всё я завершил».
МН 86
Ангулимала сутта — Сутта о разбойнике Пальцеломе (перевод: А.В.Парибок)
редакция перевода: 04.06.2010
Перевод с пали: А.В.Парибок
источник:
1996 изд. “Алга-Фонд” СПб “Гаруда” № 2
(Сутта о разбойнике, который благодаря умелому руководству Будды смог стать Арахантом)
Так я слышал{428}: Однажды Блаженный{429} пребывал в Саваттхи{430}, в роще Джеты, в обители, подаренной [общине] Анатхапиндикой. И в то самое время в области, подвластной царю Пассенади Косальскому, жил разбойник по прозванию Ангулимала-кровопроливец{431} лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые области обезлюдели. А сам он носил на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей. И вот Блаженный поутру оделся и с миской в руке в верхней одежде вошел в Саваттхи за подаянием. Походив по Саваттхи и собрав подаяние, он поел, вернулся, свернул постель и с миской в руке и в верхней одежде направился в неблизкий путь туда, где находился Ангулимала. Увидели пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники, что Блаженный направляется по дороге в сторону Ангулималы и говорят Блаженному: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник по имени Ангулимала- кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то что в одиночку — по этой дороге и по десять, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались. А Блаженный на это молчал себе и шел.
И опять говорят Блаженному пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник Ангулимала- кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то, что в одиночку — по этой дороге и по десять человек, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались!» А Блаженный на это молчал себе и шел.
И в третий раз говорят Блаженному пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник Ангулимала — кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то что в одиночку — по этой дороге и по десять человек, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались!» А Блаженный на это молчал себе и шел.