– Вы не ночевали дома? – изумился мистер Рэббит, оторвавшись от своего занятия.
Он сложил газету вдвое и бросил её на стол.
– У нас были дела, – произнес Лисандр, снимая цилиндр и пелерину.
– Вам. Посылка. Лорд, – с остановкой после каждого слова сказала Софи.
Она почти всегда так разговаривала. Она не только выглядела заторможенной, но и речь имела такую, что отчаянно хотелось подгонять её, дабы не тянула время. Для того чтобы произнести одно предложение, ей требовалось столько же времени, сколько другим людям необходимо для озвучивания, как минимум, пяти.
– От кого?
– Не. Знаю. Лорд.
Софи собрала чашки, расставленные перед куклами, выплеснула содержимое в окно. Лисбет проследила за чужими действиями и не сдержала тяжелого вздоха.
Лисандр обвёл комнату изучающим взглядом. Посылка, о которой говорила Софи, лежала на рояле. Лисандр пересёк помещение и остановился рядом с музыкальным инструментом. Разумеется, никаких опознавательных признаков, намекающих на отправителя, здесь не обнаружилось.
Только нечто в пергаменте, перетянутом бечевкой.
– А кто же её доставил?
– Посыльный.
– Очень познавательно, – заметил Лисандр. – Лисбет, подайте мне нож.
Девушка подхватилась, заставила себя сдвинуться с места, ухватила нож с обеденного стола и подала его хозяину дома. Лисандр взял посылку в руки, бросил мимолётный взгляд в сторону рояля и многозначительно хмыкнул. Пергамент и листы, исписанные нотами, были испачканы кровью, достаточно свежей.
Перчатки Лисандра тоже окрасились в красный цвет.
– Что там? – севшим голосом спросила Лисбет.
– Сейчас увидим.
Нож коснулся верёвки, поддевая её и разрезая. Лисандр в мгновение ока вспорол бумагу, являя миру тот презент, что был преподнесён ему кем-то щедрым и удивительно изобретательным. Лисбет заглянула через плечо лорда и снова почувствовала потребность опустошить желудок, поскольку на рояле, завёрнутое в несколько слоёв пергамента, лежало сердце.
– Какое хамство, – равнодушно заметил Лисандр, безо всякого отвращения касаясь окровавленной плоти и доставая оттуда карточку. – Теперь придётся стирать перчатки.
– Вам прислали чужое сердце, а вы думаете только о перчатках?
Лисбет зажала рот ладонью, стараясь не дышать. Отвратный запах железа вновь повис в воздухе, напоминая о недавнем происшествии в спальне графа Виктора.
– Ещё о том, что некому его приготовить.
– Вы…
– Это свиное сердце, дорогая, – всё так же отстранённо пояснил лорд. – Возможно, тот, кто прислал мне эту вещь, не знает о моём увлечении медициной, потому уверен, что я не в состоянии отличить сердце животного от сердца человека. Вероятно, моя реакция должна была быть такой, какую продемонстрировали вы, но… Увы, его надежды не оправдались.
Лисандр дёрнул плечом и стряхнул с карточки, вложенной в посылку, капли крови.
«Я не могу вырвать своё сердце из груди, чтобы подарить его вам, но думаю, это будет достойной заменой».
Лисбет, продолжавшая стоять рядом с лордом, несколько раз перечитала подпись. То есть, подписи как раз не было, даритель так и остался неизвестным, зато теперь всё более или менее прояснилось.
– В этой стране принято объясняться в любви подобным образом? – спросила тихо.
– Нет, – отрицательно покачал головой Лисандр. – Дарительница, а я надеюсь, что это всё же дама, а не кавалер, претендует на звание оригиналки.
– В следующий раз она пришлёт руку?
– Может быть.
– Вы шутите? – Лисбет прищурила глаза, внимательно глядя в лицо лорда.
– Даже не думал этого делать, – ответил он.
– Но…
– Если сомневаетесь в том, что ответ вам понравится, лучше не задавайте вопросов, – назидательно произнёс Лисандр. – Софи, будьте добры, отнесите это сердце на кухню и обложите его льдом. Пусть лежит там, где ему место, а не мозолит мне глаза. Оно явно не украшает собой рояль.
Софи согласно кивнула, взяла посылку и, держа её на расстоянии вытянутых рук, понесла в сторону пищеблока. Лисбет с отвращением наблюдала за тем, как по пальцам Софи стекает кровь, но, кажется, это совершенно девушку не волновало. Видимо, давали знать о себе успокоительные средства, принятые натощак, вместо чашечки чая.
– Лорд, не желаете ли присоединиться? – поинтересовался мистер Рэббит, покончивший с одной порцией напитка и принявшийся за морковные кексы.
– Я не голоден, – отстранённо выдал Лисандр. – Если понадоблюсь кому-то, то я в своей лаборатории.
Лисбет, услышав это заявление, дёрнулась. Лаборатория была одним из тех мест, которые никогда не внушали доверия и тренировали выносливость. После пары визитов в лабораторию Лисбет казалось, что она теперь может смело отнести себя к тем людям, которым море по колено. Ошиблась, как показала практика. Для того чтобы воспринимать всё, происходящее в стране чудес, нервы должны быть, как стальные тросы, не меньше.
Решив, что не стоит откладывать разговор в долгий ящик, Лисбет отправилась вслед за хозяином дома. Догнала его почти у самого входа в лабораторию. Он наверняка слышал, как кто-то бежит по лестнице, но даже не подумал остановиться, обернуться и спросить, что же хочет потенциальный собеседник. Наверное, в общении с ним так всегда и следовало поступить. Если желаешь получить аудиенцию, начинай говорить первым, не жди инициативы с его стороны.
– Лорд! – воскликнула Лисбет.
Лисандр резко обернулся, и девушка шарахнулась в сторону, поскольку не ожидала столь стремительной реакции.
Приложилась спиной о стену, ойкнула, подумав о своей неуклюжести. Впрочем, стоило порадоваться, что, догоняя лорда, не наступила на подол платья и не полетела вниз по лестнице, словно снежный ком с горы. Эти платья, что принято было носить в стране чудес, выглядели внушительно, но в плане удобства оказались просто отвратительны. Однако Лисандр был прав, выходить в город в тех нарядах, что остались у Лисбет от прошлой жизни, было крайне неприлично.
– Вы что-то хотели, Лисбет? – спросил он учтиво.
– Исключительно поговорить.
– Я весь внимание, леди.
Он улыбнулся располагающе, надеясь, что сможет хотя бы немного подбодрить свою гостью, и она сразу же перейдёт к делу, не тратя время на мучительные оправдания, коими сыпала по большей части. Вполне возможно, что она влюблёна в него? Лисандр об этом как-то не задумывался. Поскольку сам оставался равнодушен к такой стороне жизни, как отношения, то и другим людям отказывал в возможности чувствовать. Для него подобные проявления симпатии были смешны. Особенно в том виде, в каком их преподносили его поклонницы.
– Зачем вам прислали это сердце? – спросила Лисбет шепотом, словно боялась быть услышанной.
– Вариант первый, меня хотели запугать, выдав это сердце за сердце жертвы. Не графа, поскольку он, несмотря на некую… разрозненность, всё же не был разделан на куски, и грудная клетка его в полном порядке. Вытащить сердце из груди, даже не открыв доступ к нему – нереально. Вариант второй, почти милый. Мне действительно хотели сделать подарок.
– Вы склоняетесь к первой версии?
– Несомненно.
– Значит, граф – не единственная жертва?
– Кто знает? Я ни за кого поручиться не могу, – ответил лорд.
Больше ничего не поясняя, он скрылся за дверью лаборатории, захлопнув её у Лисбет перед носом, тем самым дав понять, что разговор окончен. Пришлось смириться и убраться восвояси, поскольку злить Лисандра не хотелось, а придумать новый предлог для разговора с лордом не получилось.