Альва помогла девочкам вышить для мамы салфетку. Получилось очень красиво, хотя, если приглядеться, можно отличить, где крестики, которые вышила Лисабет, где те, которые вышила Мадикен, и где – Альвины. Альвиных – больше, но это не считается. Салфетка аккуратно завёрнута в красивую бумагу.
Папа, конечно, тоже встал рано. Он приготовил для мамы много пакетиков и большой букет роз. Розы он принёс вчера из города и припрятал до утра в подвале.
Все вместе они отправляются к маминой спальне: папа с букетом роз, Мадикен и Лисабет несут пакеты, а Альва держит перед собой поднос с кофейником и вензелем. Появившись на пороге, они запели:
Мама сидит на кровати и весело смеётся. Сразу видно, что сегодня она себя не жалеет. Сегодня выдался хороший денёк, и погода, как всегда, прекрасная.
– И как это ты умудряешься добиться, что в твой день рождения всегда бывает хорошая погода? – удивляется папа.
– Всё очень просто, звоню Деду Тучегону и заказываю у него по телефону десять мешков солнечного света, – говорит мама.
Дед Тучегон может послать любую погоду. По крайней мере, так думает Лисабет. Но Мадикен смеётся. Она-то уж знает, что Дед Тучегон есть только в сказке, которую мама иногда рассказывает девочкам на ночь.
Но как бы там ни было, а погода с утра стоит прекрасная, и не важно, кто её наколдовал. А теперь пора одеваться во всё самое нарядное и отправляться к Бакману.
Ателье фотографа Бакмана находится в Кожевенном переулке. Он работает без выходных, фотографирует и в будние дни, и в воскресенье. Но сегодня к Бакману нужно успеть пораньше. Потом он уйдёт удить рыбу – это его любимое воскресное развлечение.
Неторопливым шагом все четверо – мама, папа, Мадикен и Лисабет – идут по городу. Улицы ещё безлюдны, воздух по-утреннему прохладен, но день, по-видимому, будет жаркий, уже сейчас чувствуется, как припекает солнце.
Вот показался домик Линус Иды – самый маленький во всём городе. Мадикен высматривает, не покажется ли её лицо в окошке с алыми геранями, но Ида так и не выглянула. Наверное, она ещё не проснулась. Только шмели уже проснулись и гудят среди пионов в её палисаднике. Мадикен и Лисабет с удовольствием заглянули бы к Линус Иде на минутку и послушали бы, как она играет на гитаре. Но им сейчас некогда, потому что надо успеть сфотографироваться.
А вот и богадельня. Там уже никто не спит. Несколько маленьких старушек выглядывают из окон на тихую воскресную улицу. Мадикен и Лисабет помахали им рукой, и старушки тоже помахали в ответ.
– Они мне нравятся, – говорит Лисабет. – Особенно я люблю Нанну Нютт, она такая смешная, когда плачет.
– Ну как тебе не стыдно! – говорит Мадикен. – Нанна Нютт ведь не виновата, что она такая странная.
– А разве я говорю, что она виновата? – говорит Лисабет.
Мама напоминает девочкам, чтобы они никогда не называли этот дом богадельней, надо говорить – «дом престарелых». Это его правильное название.
– А люди всё равно говорят «богадельня», сколько им ни объясняй! – говорит Мадикен.
Жалко всех, кто здесь живёт, думает Мадикен. А больше всех жалко Линдквиста, потому что он немного тронутый в уме и ни с кем не может поладить. Он живёт отдельно, в маленькой лачужке, на задворках, и к нему никто не ходит, все его боятся, кроме директрисы, хотя Линдквист почти всегда ведёт себя смирно и вежливо. Только изредка он делается злой и тогда сам не знает, что творит. Поэтому, если Линдквист выходит на улицу, все запираются в домах, а мамы учат своих детей удирать от Линдквиста, как только он покажется. Ведь Линдквист – ужасный силач, и кто знает, что он может выкинуть, когда на него найдёт помешательство.
Папа говорит, что Линдквист раньше был не таким. Когда-то у него была жена и маленький ребёночек, но однажды его жена бросилась с ребёночком в реку, и они оба утонули. Когда Линдквист это узнал, то пришёл в страшное отчаяние, от горя он потерял разум. С тех пор он и начал чудить.
В глухом деревянном заборе, которым окружена богадельня, есть дырочка, и можно видеть домик на задворках, в котором живёт Линдквист. Мадикен и Лисабет с трепетом заглянули в неё и скорее побежали догонять папу и маму.
Вскоре им встретилась фрёкен Йенни, портниха, которая обшивает девочек. Мама задержалась с ней поболтать, Мадикен тоже остановилась, чтобы послушать, какое платье ей сошьют для экзаменов, а Лисабет пошла дальше, за папой, который не спеша продолжал путь.