Голова у Ал. в самом деле побаливала, однако не в этом была причина нежелания поддерживать беседу. Мысли были заняты этой дев- ой, так неожиданно для него возмутившей душевное спокойствие. Причем он вспоминал вчерашнюю веселую Мад. и недоумевал по поводу происшедшей в ней перемены. Сегодня она показалась совсем другой. "Видно, это у нее от усталости. Конечно, после эдакой беготни и разг- ть не захочешь", - думал он. Но в глубине души понимал всю иллюзорность такого объяснения, ибо на вид она вовсе не казалась утомленной. "Ничего, ничего, дев- ка! Вечером мы с тобой еще потанцуем. . Тебе все же придется изменить свое отношение ко мне. Уж я- то постараюсь. . ". К городу подъезжали уже в сумерках. Мад. пристроившаяся с родителями на самом заднем, тряском сиденье, смотрела в окно, за которым далеко впереди виднелись смутные очертания городской окраины с множеством неярких огней, тускло мерцающих в неуспевшей еще сгуститься в темноте. Там- уже в который раз за весь долгий путь- посетовала: - Зря мы ее забрали всем наперекор. Надо было оставить. Мне было стыдно за ваше упрямство. - Помолчи. Это все ваша жен. прихоть, - недовольно отозвался Маг. - Хотя бы из уважения к тем людям, которые восстали против ее отъезда. Хоть бы просьбу своей сестры уважил. - Прекрати, я сказал! . . Если бы она ей для дела нужна была- оставил бы. А так, просто ради развлечения, нечего занятия пропускать. Мад. не встревала в разговор- уже чувствовала себя вне опасности. Ведь назад ее все равно не вернут. "А нани пусть выговорится, раз так хочется. Может, ей от этого легче станет", - думала она, мечтая лишь об одном: поскорее добраться до своей постели. Только здесь, пригревшись в укачивающем автобусе, она ощутила, до чего устала за эти 2 суматошных дня.
Ноги от длительной ходьбы в туфлях на высок. каблуках болели. Когда села на свое место, первым делом скинула туфли. Теперь же они никак не хотели налезать на слегка отекшие ноги, и ей стоило немалого труда добиться этого. Заметив, как она мучается, отец сказал: - Не могла там себе тапочки какие- нибудь найти? - Да им самим их недоставало, - отв. Мад, будто все дело было именно в этом. "Еще не хватало в тапках там красоваться! Хороша бы я была- нечего сказать! "- улыбнулась, представив себя в больших суконных тапочках, кот. ей настойчиво предлагала тетя.
С благословения Абукара, Фатима пришла к Там. уже во вторник вечером. Все время, пока Мад. была на кухне, где жен- ны сидели за чаем, разговор шел о минувшей свадьбе. Там. охотно и довольно подробно расск- ла обо всем- благо впечатления были свежи. "Ну, это теперь надолго. . "- решила Мад, и ушла к себе, где ее ждали учебники. Действительно, жен- нам только дай поговорить о свадьбе- своей ли, чужой. С завидной дотошностью обследуют они приданое и подарки, а потом еще долго обсуждают все увиденное и услышанное, попутно высказывая свое мнение по всякому поводу. Но Фат, оставшись наедине с Там, умело направила разговор в нужное русло и открыто, без обиняков изложила суть дела. Не скупясь на похвалы, как и всякая сваха, обрисовала Иб. и его семью. - Да ты и сама знакома с Хавой. Знаешь, что она за жен- на. А за парня я те ручаюсь вот этой своей седой головой. Счастье иметь такого зятя, поверь мне, - говорила Фат. доверительным тоном, подавшись к Там. - Откуда ты можешь так хор. знать его? Я за своего род. сына не могу с такой уверенностью поручиться, потому как не всегда он перед моими глазами. - А я вот- Аллах это знает! - Бес. меньше доверяю, чем Ибрагиму. Неужели допускаешь мысль, что я бы стала тебе желать плохого? Нас же две родные сес. родили! Не думай, я так хвалю его вовсе не потому, что он сын моей золовки. Я говорю о нем только то, что есть на самом деле, и говорю именно потому, что от души желаю счастья твоей дев- ке. Если бы не была убеждена, что она будет с ним счастлива, - и шагу бы не сделала ради этого дела, и совсем не заводила бы этот разговор. - Аллах тому свидетель.