Отвечая на эти вопросы и на множество других, Мадонна и две ее помощницы отлично провели утро, разбирая подарки Уоррена. Поставив на проигрыватель свой диск «Like A Prayer», Мадонна примеряла новые наряды, танцуя перед зеркалом и восхищаясь своим отражением. Девушки прекрасно повеселились. Они подкололи волосы и стали примерять новое белье, а также те предметы, которые не приглянулись Мадонне. Вечером Мадонна отдала девушкам одежду и белье, которые ей не подошли, а остальное оставила себе — в том числе и все туфли. На следующий день Мадонна позвонила Уоррену, чтобы поблагодарить за подарки. Он объяснил ей, что покупать что-то для себя ему смертельно скучно. «Ну что можно купить мужчине — брюки да пиджак. Это же так скучно!» Битти сказал, что ему всегда нравилось покупать подарки для женщин, и, если Мадонна не возражает, он время от времени будет посылать ей «подарочки».
Подобная щедрость вызвала в Мадонне двойственные чувства. Позже она говорила, что вначале ощутила раздражение. «Я не какая-нибудь старлетка, которую покупают подарками, — сказала она Битти. — Я очень богатая женщина. Я сама могу купить себе белье». Однако щедрость Уоррена не могла не произвести на Мадонну впечатления. «А какая женщина устояла бы?» — вынуждена была признать она. После всего того, через что ей пришлось пройти с Шоном, она решила, что заслужила немного ласки. Мадонна согласилась принять подарки, но с условием, что, когда Уоррена в следующий раз посетит подобное желание, он возьмет ее с собой, и она сама выберет для себя «подарочки».
Помимо увлечения красивыми и знаменитыми женщинами и страсти покупать им «подарочки», у Уоррена Битти была и еще одна всепоглощающая страсть — страсть снимать кино. В «Дике Трейси» он выступал как актер, продюсер и режиссер. У него Мадонна многое узнала о технике съемок и игры в кино. Она нуждалась в его знаниях, опыте и надежности так же, как он сам нуждался в ее молодости. Для этого беспокойного ребенка Битти стал всепрощающим взрослым, слегка растерянным, но все же очарованным ее необычным образом жизни. Кое-кто из друзей Мадонны заходит так далеко, что утверждает, что она видела в Битти отца.
После Шона Пенна Уоррен Битти стал для Мадонны глотком свежего воздуха. Его легко можно было провести, и она очень скоро научилась это делать. Он вспыхивал, сердился, исчезал… и остывал. В отличие от Шона он не набрасывался на Мадонну, по крайней мере в физическом смысле. Мадонне всегда хотелось встретить мужчину, который вызвал бы в ней романтические чувства. Шон был эмоционален и вспыльчив, Уоррен всегда относился к ее слабостям спокойно и философски. Он очень терпимо относился к ней, он находил ее забавной.
Познакомил Мадонну и Битти именно Шон. Это случилось в день первого свидания Пенна и Мадонны. «Шон привел меня в дом Уоррена, — вспоминала Мадонна. — Мне кажется, он хотел продемонстрировать меня, но я в этом не уверена. Тогда я не знала Лос-Анджелеса. Я помню, что познакомилась в тот вечер со многими звездами кино — например, с Микки Рурком».
Мадонна произвела на Уоррена впечатление с самого первого взгляда. «Я почувствовал бунтарскую натуру, — говорил он о своей новой пассии. — Я понимаю Мадонну. Она вся — воплощение бунта». (Если это было все, что он видел в Мадонне, то, похоже, он не понимал ее так хорошо, как думал.) Журналист журнала «Вэнити Фэйр» Кевин Сессамс спросил Уоррена, что он думает об артистических способностях Мадонны. Битти ответил: «Я считаю, что она очень храбрая. Она постоянно хочет завоевывать новые территории. Если вы понимаете, что я хочу сказать, то в ней есть какая-то сильная личная мотивация, побуждающая ее к действию. Не знаю, обладаю ли я сам подобным качеством. Полагаю, ее щедрая и активная натура не дает ей сидеть спокойно. По мере своего развития она обязательно получит признание, которого заслуживает уже сейчас».
Дайана Джордано вспоминала, как Мадонна рассказывала ей о свидании с Битти в японском ресторане в Лос-Анджелесе, который был расположен менее чем в миле от дома Уоррена. Это случилось в январе 1989 года. На нем был черный шелковый костюм, серые туфли, белая рубашка и черный шелковый галстук. Он надел затемненные очки. Мадонна думала, что ему неприятно внимание любопытных. Но и сама она чувствовала себя неловко: ее партнер был одет совершенно официально, а она пришла на свидание в драных джинсах. Они прекрасно поужинали, а потом официантка предложила им десерт — ванильное или шоколадное мороженое. Мадонна выбрала сразу оба.
На следующий день Уоррен позвонил Мадонне домой. Они поговорили о вчерашнем вечере, и он спросил ее, как ей пришло в голову заказать оба мороженых. «Мне кажется, ты хочешь попробовать все, — сказал он. — Поэтому ты занималась сексом с женщинами?»
В то время связь Мадонны с Сандрой Бернхард была в полном разгаре. Мадонна постоянно намекала журналистам, что, возможно, она была лесбиянкой. Когда же об этом откровенно спросил ее Битти, Мадонна внезапно смутилась. Она отказалась отвечать и попыталась перевести стрелки. «А ты когда-нибудь занимался сексом с мужчиной?» — поинтересовалась она. Битти ей не ответил.
«Ты хочешь женщину? — настаивал он. — Я спрашиваю, потому что хочу сделать тебе подарочек. Если ты хочешь женщину, я подарю ее тебе».
«И все это только потому, что я взяла два вида мороженого?» — рассмеялась Мадонна.
На следующий вечер Уоррен и Мадонна (в черном обтягивающем костюме и туфлях на шпильках — странный выбор для пляжного ресторана) снова ужинали в том же ресторане. На этот раз к ним присоединилась и Сандра Бернхард. Ее пригласил Уоррен. «Все, что я помню об этом свидании, так это то, что мы с Мадонной заказали одну тарелку суши на двоих». А я сказала: «Уоррен, теперь вы видите, что мы с Мадонной делимся всем?» Глаза Битти блеснули, как у ребенка в кондитерском магазине. Крутой мужик, подумала я, очень крутой!»
Различия
Хотя Мадонна говорила журналистам, и в частности репортеру журнала «Космополитен», что она не хочет «принижать отношения с Битти рассказами о них», ей хотелось поговорить о происходящем с близкими друзьями. Когда они наконец занялись сексом, то это было совершенно иначе, чем с Шоном Пенном. Мадонна вынуждена была признать, что с Пенном не сравнится никто. Однако Уоррен был гораздо более щедрым любовником, чем Пенн. Уоррен вежливо извинился за свои умеренные сексуальные возможности и постарался сделать так, чтобы она получила полное удовлетворение. Он внимательно относился ко всем ее желаниям, просьбам и потребностям. «Он знал женское тело лучше, чем любая женщина, — говорила Мадонна. — Он мог вычислить любой день твоего цикла».
«Он постиг сексуальность во всех ее аспектах. Вот почему он так мне нравился, — добавляла она. — Он не знал запретов. Уоррен сказал мне: «Если ты ошибешься, мне придется отшлепать тебя». Мне это нравилось. В нем все шло от его сексуальных фантазий».
«Не знаю, спал ли он когда-нибудь с мужчиной, — сказала Мадонна в интервью для гей-журнала «Адвокат». — Но он однозначно не страдает гомофобией. Однажды я спросила его об этом, и он ответил, что раньше не пробовал, а теперь из-за угрозы СПИДа ему уже поздно».
Когда Мадонна почувствовала, что знает Уоррена достаточно хорошо, она предложила ему восстановить форму и вернуть утраченную молодость, занимаясь физическими упражнениями вместе с ней. Битти отказался. Мадонна никак не могла понять, как это человек не хочет совершенствовать себя. Она не оставляла его в покое, она настаивала и даже предложила ему сделать липосакцию. Уоррену было больно и неприятно такое слушать. У них произошла бурная ссора, в которой Мадонна отстаивала право высказывать свое мнение относительно его тела. Сцена произошла в присутствии посторонних, в ночном клубе Лос-Анджелеса.
«Разве не ты сама всегда говоришь, что нельзя судить о людях по внешности? — возмущался Уоррен. — А почему же ты судишь меня? К тебе собственное правило не относится?»