– Вся эта операция собрана чересчур поспешно и пойдет почти вслепую, – проворчал маэстро Адмирал обращаясь к Жану.
– Вы перестали доверять маэстрине Уне?
Хороший вопрос, подумал про себя Адмирал. Уна, с ней все слишком сложно. И у нее слишком много секретов. А еще они с Жаном догадывались кто ее настоящий отец и для чего он приказал главе своей секретной службе ее создать.
– Не то чтобы, но никакой иной информации кроме как той, что привезла она у нас нет. Это не может не беспокоить. Мы совершенно не представляем с чем столкнемся.
– Наверняка с массой интересных сюрпризов…
– Без них в нашем деле никак, – поморщился маэстро адмирал.
– Подавать сигнал к выступлению?
– Да, конечно.
Малькольм Донахью вошел в комнату для допросов, в который уже раз, он уже порядком устал от бесконечных вопросов. К чему они вообще если у этих людей полно псиоников постоянно читающих мысли? Видимо постоянно перепроверяют насколько ты искренен, в сложившейся ситуации Малькольм не видел смысла что-то скрывать. Особо важными секретами он и не владел. В этот раз в комнате его ждала симпатичная брюнетка, в строгом костюме, без каких-нибудь вольностей. И первое что сделала это широко улыбнулась. После холодных бесстрастных следователей мужчин это показалось ему чем-то новеньким.
– Присаживайтесь, – сразу предложила молодая женщина, выглядит лет на двадцать пять, но сколько ей там на самом деле. – Меня зовут маэстрина Алия ди Санти. Я представляю министерство военно-космической промышленности системы Данаир. У вас положительные оценки по уровню лояльности, это значит наши следователи не нашли у вас фанатичной ненависти к империи. Это хорошо.
Малькольм пожал плечами, он сам в общем-то действительно ничего против дагонцев не имел. Да они враги, но кто там больше виноват вопрос сложный. Сир Грегори и его штаб явно летели сюда не с дружественным визитом. Инженер это прекрасно знал.
– В тоже время у вас имеется великолепная подготовка по нужным нашему министерству специальностям. Поэтому мы хотели бы предложить вам пятилетний контракт. Работать вы будете исключительно на гражданских объектах, никакого производства оружия.
Это логично, подумал Малькольм, с другой стороны он явно заменит местного специалиста который отправится на военный завод.
– А что будет если я откажусь?
– Полагаю, тогда вам придется сотрудничать со штурмовыми легионами.
Женщина по прежнему улыбалась, но Малькольм понимал когда ему ставят ультиматум. Или соглашайся или зачистим и память и сознание. А потом в этом теле будет новая личность. Более лояльная империи. Этого он предпочел бы избежать.
– А что будет по истечении этого контракта?
– У вас будет выбор продлить контракт и получить подданство империи или покинуть систему в любую державу с которой империя не находится в состоянии войны. Примерно раз в неделю к нам заходит лайнер из системы Шачэ, это Конфедерация Семи. Они торговая держава, со всеми в мире. Иногда приходят и корабли с Альбы. Но не регулярно.
– Что ж в таком случае я не вижу причин отказываться.
Женщина протянула ему стопку листов с контрактом. И Малькольм не торопясь, обстоятельно с ним ознакомился. Некоторые пункты ему не слишком понравились, однако в этой ситуации особого выбора у него не имелось.
Орбита планеты Орсус, пространство Договора святого Эльма, четыре дня спустя.
Вице-адмирал Тогрул Шу пожал руку главнокомандующему флотом Договора святого Эльма. Высокого, статного и довольно красивого мужчину звали Жоффрей дю Ри и он имел какой-то пышный титул. Еще одним встречающим был господин Говард дю Шабрей епископ Баффейский, глава дипломатии союзной державы.
– Очень рад, что вы прибыли к нам с визитом, – сказал епископ. – Ситуация на Обри после ужасающего злодеяния обострилась. Командир нашей эскадры там полагает, что существует большая возможность появления у Обри вражеского флота. Без сомнения суннитский фанатик которому вложили в руки оружие действовал в интересах Герфанского Альянса. Сейчас нашим доблестным солдатам с трудом удается погасить мятежные настроения. Но новое появление там враждебной эскадры сведет наши усилия к нулю.
Вице-адмирал Шу бросил быстрый взгляд на главнокомандующего. Тот как будто не слышал своего единоверца.