Сир Хьюз кивнул и вызвал капитанов двух крейсеров:
– Сир Кейр, леди Белинда, через пятнадцать минут отправьте по пятьдесят марк-51 по подбитому крейсеру. – И продолжил уже обращаясь к Дональду: – думаю ста крейсерских беспилотников хватит.
– Действительно, отправлять туда марк-48 избыточно. А марк-51… ну в принципе мы знали, что на дальних дистанциях они слабоваты, особенно против линейных кораблей.
– Можно риторический вопрос? – с сарказмом высказался сир Логан. – Если мы знали что марк-51 слабоваты, то зачем у нас четыре крейсера забиты ими под завязку?
– Действительно риторический вопрос! – поморщился сир Хьюз. – Задайте его нашему Адмиралтейству, лично я распоряжаюсь только теми средствами, которых Адмиралтейство соизволило нам выделить. Других нету!
После минутной паузы, первым нарушил молчание сир Мендор.
– Итого во второй волне у нас будет 825 марк-48, 500 марк-51 и 360 марк-45. Сир Хьюз думаете этого хватит?
– Думаю главной целью второй атаки будет их флагман!
– Что ж, одобряю.
Лейтенант Беатриче Угарофф находилась в огромном отсеке тактической группы флагманского дредноута. Восемьсот человек рассчитывающие алгоритмы своих и вражеских беспилотников, а при необходимости определяющих цели для оборонительных бортовых систем и орудий главного калибра. В ее ведении один из суперсекретных БА-12 Квазар, два оборонительных Редут и Икс, с полдюжины разведдронов, разбросанных по всей системе, и кластер лазеров ПРО номер 18 расположенный по левому верхнему борту дредноута. Собственно этот кластер и был для нее первоочередной задачей. Правда при отражении первой волны он задействован не был, и она отработала резервным номером для своего Редута. Занимавшего позицию примерно в четырех тысячах километров впереди дредноута. Сейчас главный искин флагмана поставил ей задачу проанализировать действия группы вражеских марк-51. Задача не то чтобы сложная и пока Беатриче ничего особо отличающегося от стандартных алгоритмов у врага не видела. Вражеским марк-51 очевидно была выставлена дистанция для атаки в шесть тысяч километров, а маневрирование на пределе дальности ожидаемо было минимальным. Это и необходимость уклоняться от огня с Редутов делало шансы противника выйти на заданную дистанцию и вести эффективный стрельбы призрачными. Большинство марк-51 попросту прошло сквозь построение эскадры так толком и не отстрелявшись. А дальше топлива им хватало только на путь к базе. Единственное интересное, что заметила девушка это укороченное время работы противокорабельного лазера, всего пятнадцать секунд, после чего шел отстрел контактных боеголовок и уход на выход из боя. Чем это объяснялось Беатриче не знала и как раз сейчас над этим фактом усиленно думала. От этих ее раздумий ее отвлекло входящее сообщение: «ублюдки запустили сто малых птичек, вероятно добьют «Геракл»».
Сообщение было от Доминики, она также служила младшим тактиком, в соседнем ряду, три бокса направо. Беатриче бросила туда быстрый взгляд, девушка усиленно делала вид, что очень занята расчетами. Ха, маэстрину да Винчи эта показуха все равно не обманет, злобная стерва видит мысли у всех. Вдоль всех рядов боксов через весь отсек протянулся сквозной коридор по которому из начала в конец вышагивало одно из отражений маэстрины да Винчи. Яркий сверкающий надсмотрщик за галерными рабами, мелькнула шальная мысль. Беатриче постаралась ее как можно быстрее прогнать. Маэстрина всегда требовала мгновенного и безукоризненного выполнения ее указаний, а неповиновение ей было занятием смертельно опасным. Безжалостная тиранша, без колебаний выпалывающая любую крамолу из подчиненных. И как только Доминика рискует отвлекаться, пусть даже на вполне доступный тактикам главный боевой экран? Сама Беатриче слишком хорошо знала подругу-тираншу чтобы так рисковать. У всего экипажа «Автократора Юстиниана» маэстрина да Винчи вызывала вполне обоснованный благоговейный ужас. В ее сознании всегда ярким, гневным, жалящим огоньком горел опекун маэстрины. Через такого опекуна она в любой момент могла отдать мысленный приказ или даже полностью захватить сознание обычного человека. Такой опекун был не только у всего экипажа флагмана, он был у всех экипажей эскадры. Маэстрина на мелочи не разменивается, ее жизненным принципом было контролировать вокруг все!
То еще ментальное рабство, впрочем для выросших на Данаире привычное. А Беатриче была родом со столичной планеты империи. На Данаир опекун был знаком всем, правда там первые двадцать пять лет жизни это был почти незаметный опекун Императора. Не яркий огонек, а скорее смутная тень в твоем сознании, тихая, успокаивающая и как правило доброжелательная. Тень к которой подданный империи всегда мог обратиться, и даже при острой необходимости попросить о помощи. Конечно нужно было быть настойчивым, все-таки Император один, а подданных двести пятьдесят миллионов, и это только на Данаире. Сама Беатриче конечно никогда и не пробовала. Но несколько раз опекуна слышала, например голос императора поздравлявший весь их класс с окончанием школы. В тот день она между прочим получила золотую медаль за отличную учебу. И получила очень выгодную работу, а вот с личной жизнью у девушки не сложилось. Молодой человек, ее избранник оказался дурным. Внешне благопристойный, вежливый, предупредительный, а на деле тот еще лицемер и подлец. Беатриче помнила свой ужас, когда ей предъявили доказательства преступной деятельности жениха. К счастью представители службы охраны правопорядка очистили ее от подозрении в соучастии, и она действительно ничего не знала о тайнах человека в которого была без ума влюблена. Что впрочем это не сильно ей помогло, выгодную работу она потеряла, а полицейские еще и намекнули ей: мол вообще-то она в шаге о нарушении закона империи. За неисполнение воли императора подданным грозил солидный штраф или существенное понижение в гражданских правах.