– А сколько вы вообще вели этот корабль до сюда?
– Шли 1129 парсек, почти четыреста дней по маршруту Сарна. Но он того стоит! – заверил ее союзный адмирал. Розовый слоненок перед ее глазами довольно кивал и большой головой, и хоботом, и ушами.
Атака роя «Кавасаки А5» особого успеха не принесла вражеские крейсера уже создали плотное оборонительное построение, нормальная боевая скорость и тройное преимущество в числе марк-44. В итоге всего три попадания в ближайший из линейных крейсеров. Адмирал Первез-шад был откровенно разочарован. Вскоре снова выпустила рой эскадра Сиань почти девятьсот марк-48 отправились догонять эскадру Кисуму, а 175 марк-54 завернули в сторону тройки тяжелых крейсеров Зуара. «Память о Кении» получил еще девятнадцать попаданий, но продолжал держаться молодцом, два попадания получили другие корабли. Восемнадцать марк-48 были разбиты. Тяжелые крейсера получили пять попаданий на троих. Они также приготовились к встрече гостей, шли с правильной боевой скоростью, активно маневрировали и использовали все свои птички в защите. Шесть марк-54 назад не вернулись. Бой начинал превращаться в вялую перестрелку на предельных дистанциях, рисковать пока никто не спешил. Две группы кораблей Герфанского альянса все больше расходились. Группа где самым крупным составляющем стала эскадра Кисуму аккуратно заворачивала за маяк. А группа из эскадр Саргадайканда, Агадира и Тайхэ уходила в сторону от маяка. По идее вместе с маяком должен получиться огромный треугольник в центре которого в идеале должны оказаться вражеские корабли. А на маяк по плану выйдут дагонцы...
Главные силы флота Договора святого Эльма приблизились к своим крейсерам примерно через час. К этому моменту ранее атаковавшие птички уже почти везде вернулись на базы. И в возникшей паузе боя проявился новый самый активный игрок. Основные силы Договора святого Эльма готовы были продавить массой. Линейные и тяжелые крейсера увеличили скорость и стали пристраиваться в хвост своим линкорам. Которые тоже начали тормозить, но их скорость пока еще была выше всех остальных участников боя. Три дредноута и пятнадцать линкоров явно хотели выйти на дистанцию двенадцать миллионов, чтобы дать общий залп и марк-45 и марк-48. Прекрасно осознавая, что одних марк-48 не хватит.
– Осталось четыре часа, – подсказала Уна. – Но эти вот товарищи явно выйдут на дистанцию атаки раньше.
– Их слишком много, придется увеличивать скорость. Хотя бы до сорока тысяч.
– И все равно у них будет больше, они сейчас тормозят, выйдут вот сюда на дистанцию атаки марк-45 минут через двадцать.
– И ведь не бояться нашего залпа заразы!
– Если мы отправим к ним сейчас виспы, то не сможем их задействовать в обороне. Хотя я уже заметила, что в обороне ваши фоморианские виспы дают весьма условную помощь. Я уже посчитала, они при обороне в три раза менее эффективны, чем спайдеры, при большей массе. Возможно вам надо поставить туда импульсные боеголовки и попробовать заходить встречной атакой. При Сурат я наибольший урон вражеским птичкам нанесла импульсными боеголовками с Иксов. Иксы это такой придуманный мною оборонительный беспилотник. Мобильная оборона, они прилетают куда мне надо, навстречу вражеским дронам и кидают веером импульсные бомбы. В принципе можно попробовать сделать нечто подобное и вашими виспами.
И Уна выставила на экран свои последние схемы встречных атак для Иксов. Адмирал Первез-шад внимательно смотрел на девушку перед ним, больше суток на ногах и никаких признаков усталости. Сам адмирал уже несколько раз покидал мостик перехватить по два три часа сна. А ведь она действительно управляла для дагонской эскадры обороной. Он прекрасно помнил запись боя у Сурат и превосходную координацию обороны, только благодаря ей дагонцам удалось сблизить дистанцию. У его трех эскадр, из трех разных системных флотов никакой координации и близко не было. Что весьма печально, ведь на них сейчас надвигались восемнадцать боевых кораблей второго и третьего ранга.
– Маэстрина, – тихо начал он, вспомнив правильное обращение к дагонским псионикам, – а вы не могли взять на себя координацию нашей обороны?
– А можно? – с какой-то робкой надеждой спросила девушка. – Обещаю ни к кому из ваших людей не применять ментальное воздействие.
– А что это такое?
– В дагонском флоте псионикам позволено все. Я не только могу подсказывать в сознаниях подчиненных нужное решение, но и в случае неповиновения наказывать. Это типа кнута по сознанию. В крайних случаях ментальным принуждением беру разумы под полный контроль. Я не добрая и ласковая, если надо выжгу мозги на совсем.