Я повторюсь: Корнелиус де Бруин – это человек, который не только описывал и рисовал то, что видит, но и все попутно измерял (хоть часто и на глазок), чтобы позже составить подробную карту для Петра Первого, по чьему поручению работал. Грубые ошибки в его случае – это нонсенс, и единственное объяснение, которое я мог бы принять, это то, что в районе Жигулевских ворот де Бруин видел мираж того самого мистического города Мирного, проецирующийся на левый берег реки Сок, причем он сам в этот момент плыл по древнему, еще доледниковому руслу Волги. Только в этом случае все его цифры расстояний и описания хоть как-то коррелируют с реальностью начала восемнадцатого века.
Сообщения о загадочных объектах – городах, замках, церквях и дворцах, появляющихся в туманах над Волгой в районе Жигулей, фиксировались регулярно на протяжении столетий, но, пожалуй, самый полный их анализ можно найти в первой книге о Самаре и Самарской Луке за авторством А.Ф. Леопольдова. Книга выпущена в 1860 году и называется «Исторические заметки о Самарском крае».
Краевед Леопольдов собрал воедино и систематизировал множество рассказов свидетелей. Он же впервые обратил внимание на особенности означенного феномена. Во-первых, как утверждал автор, миражи всегда находятся на близком расстоянии от наблюдателей, из-за чего те способны рассмотреть и описать малейшие детали видения, вплоть до трещин на крепостных стенах. Во-вторых, они выглядят как совершенно реальные объекты, и в момент их наблюдения ни у кого не возникает сомнения, что они видят нечто несуществующее, призрачное. Например, башни отбрасывают тень в соответствии с положением солнца или полной Луны, мираж сохраняет нормальные пропорции соразмерно с расстоянием и законами перспективы, и тому подобное.
По легенде, записанной в ее первичной редакции Леопольдовым (позднее она немного видоизменилась, осовременнилась), призрачный город Мирный является теремом княжны – той самой, которую Разин сбросил «за борт, в набежавшую волну». Стихи песни «Из-за острова на стрежень», считающейся народной, были написаны Дмитрием Садовниковым – поэтом, собирателем русского фольклора и этнографом. Они были опубликованы в 1883 году, однако в основе баллады, позже положенной на музыку, лежала старая самаролукская легенда о Разине-колдуне. Возможно, именно поэтому песня так быстро ушла в народ, а имя автора подзабылось.
Персидская княжна в легенде, конечно же, не утонула, а превратилась в русалку. Она стала невенчанной женой Стеньки-колдуна. За встающими над рекой туманными стенами, которые он силой своего могущества возвел для своей зазнобы, прячутся несметные сокровища. Люди уверяют, что этот город можно видеть как минимум раз в год. Он встает неподалеку от гор, похожий на остров, омытый седым туманом, берется из ниоткуда, а потом так же быстро исчезает.
Второй регулярно повторяющийся Самаролукский мираж – это Крепость пяти лун. Как правило, он появляется ночью, при свете звезд. Сооружение, предстающее перед удивленными свидетелями, состоит из пяти круглых башен, светящихся зеленоватым колдовским светом. Над каждой башней висит своя луна. Объяснения этому загадочному явлению не удалось найти по сей день, но фольклор утверждает, что в этой Крепости Разин отдыхает, когда устает от работы в Жигулевских пещерах. Чем он таким занимается под землей, рассказывают по-разному, но очень уж ему тоскливо видеть вместо настоящей Луны подвешенные под сводами искусственные светильники, поэтому в Крепости он создал себе пять таких лун.
Особо настойчивые и смелые могут проникнуть в Крепость. Разин их не выгоняет, потому что любит дерзких. Говорит: «Вижу иногда, что поблизости от меня и крепости моей люди ходят, но ни меня, ни крепости не замечают. Невидимая сила, значит, закрывает. Вот вы первые увидали и зашли ко мне – значит, невидимая сила над вами сжалилась, чтобы вы не умерли с голоду».