Шкатулку и тетрадь Мосетти положил перед Денисом:
- Шкатулка-рояль – это мини-сейф. В нем хранится письмо вашего отца с секретным кодом. Сейф снабжен криптографическим музыкальным замком, скрытым под откидывающейся крышкой. Позвольте, я вам покажу…
Мосетти ногтем поддел крючок, осторожно приподнял крышку, и Денис увидел ряд черно-белых крошечных клавиш.
- Ключом к замку служит последовательность нот, обнаружить которую вы можете в прилагаемой нотной тетради.
Денис развернул трубочку партитуры и прочел заголовок: «Рондо Мефистофеля» из оперы «Фауст» французского композитора Шарля Гуно. Переписал собственноручно К.В.Б»
- Я должен исполнить на шкатулке арию Мефистофеля? – бестолково уточнил Дэн. – Целиком?
- Этого я не знаю. В инструкции сказано, что дежурный поверенный фонда «Поколения» обязан вам вручить набор из двух вещей: музыкальной криптографической шкатулки и партитуры. Вот они. Как открыть шкатулку, там не сказано.
Дэн сидел совершенно обалдевший. Джакомо Мосетти излучал безграничное к нему сочувствие:
- Если вам интересно мое мнение, Денис Игоревич…
- Да-да? - встрепенулся Саблин.
- Я сомневаюсь, что для того, чтобы замок сработал, потребуется играть всю арию. Как видите, клавиш на рояле мало, это не полный набор, поэтому сыграть полноценную пьесу не получится. Подозреваю, нужна короткая мелодия, которую вы найдете в тетради. То есть отрывок, мотив.
- Но здесь переписана вся ария! – Дэн заглянул в тетрадь, пробегая глазами ноты. – Как узнать, какая именно фраза служит ключом, отпирающим замок? Это куплет, припев, проигрыш?
Мосетти развел руками:
- Я безмерно сожалею! Однако в инструкции также записано, что у наследника капитала будет ровно две попытки получить секретный код.
- То есть я могу допустить одну ошибку без вреда для содержимого?
- Вы верно уловили смысл: только одну. Если вторая попытка окажется такой же неудачной, содержимое мини-сейфа уничтожится, и код, необходимый для доступа к вашему наследству, будет утерян навсегда. В этом случае все средства на ваших счетах отойдут фонду «Поколения» безвозвратно. Таковы были условия, выдвинутые вашим отцом, и наш фонд согласился на них. Инструкция завизирована всеми договаривающимися сторонами.
Денис закашлялся. «Еще бы вы не согласились! Ваша выгода несомненна», – подумал он. Миллионы, о которых он только что размышлял с таким презрением, уплывали из его рук, и ему их стало жалко.
- Можно взглянуть на эту диковинную инструкцию?
- Конечно, - подтвердил Мосетти. – Вы имеете право по первому требованию ознакомиться с общей частью заключенного договора.
Денис долго читал и перечитывал договор и приложение к нему, содержащее эти ненормальные условия. Он надеялся, что обнаружит в них намек, подсказку, но был настолько туп, что ничего не увидел и вообще мало что понял из витиеватых юридических формулировок.
- Вы можете взять договор с собой, он не является секретным, - сказал Мосетти, видя его затруднения. – Вот второй экземпляр. Шкатулку и партитуру тоже берите, они ваши без дополнительных условий. Подумайте над расшифровкой дома. Во времени вы, естественно, не ограничены. Вы ограничены лишь в попытках, но это уже не в компетенции нашего трастового фонда. Со своей стороны я готов вам содействовать во всем, что касается юридических вопросов, объяснить любой пункт договора и инструкций, если возникнет необходимость. Да, и позвольте предложить вам сумку, чтобы было удобнее нести вещи до машины.
Денис был не уверен, что справится с загадкой, но что ему оставалось?
- В мини-сейфе лежит только бумажка с кодом или может быть что-то еще? – поинтересовался он на прощание. – Какие-то документы, например, или личное письмо?
- О содержании шкатулки мне ничего не известно, простите. Это закрытое вложение, о котором не знал никто, кроме вкладчика.
Дэн вздохнул:
- Я могу идти?
- Конечно, - банкир поклонился. – Помните, Денис Игоревич, ваши деньги в полной безопасности. Гарантии фонда «Поколения» таковы, что вы получите всю сумму по первому требованию, что бы ни случилось в мире – надо лишь назвать верный код. Единственное, о чем я вас прошу, так это не пытаться взломать или повредить шкатулку. В этом случае ее содержимое мгновенно самоуничтожится, и бенефициаром станет фонд, чего бы мне, конечно, не хотелось бы.
- А разве вам не выгодно оставить деньги при себе?
- Разумеется, нет! – итальянец искренне возмутился. – Это бы повредило нашей репутации. Мы идем навстречу всем нашим клиентам, какими бы странными не были выдвигаемые ими дополнительные условия. Однако если пойдет слух, что наследники лишаются наследства, пусть и не по нашей вине, поток клиентов поредеет. Никто не будет разбираться в нюансах.