Он застыл, дрожа и моргая. Его расширившиеся зрачки бегали, мотаясь между изображением и призраком, продолжавшим над ним нависать. Последний больше не наступал, но по-прежнему кривил жуткое лицо, силясь что-то сказать. Казалось, что по нему пробегают волны судорог, в такт которым старик то вспыхивал целиком, то гас, делаясь на секунды совершенно прозрачным.
А на одном из маленьких экранов происходило что-то неправильное…
Денис все больше убеждался, что именно к этому неправильному призрак и пытается привлечь его внимание. Он робко выпрямился и медленно повернулся, стараясь не упускать из виду ни монитор, ни привидение.
На одной из мелких картинок наблюдалось шевеление. Его передавала камера, висевшая на беседке и направленная под арку, которую было не видно с лестницы и из окон Володиной спальни. В глубине узкой (едва-едва проезжала машина), но длинной подворотни, стоял Андрей и дискутировал с двумя молодчиками в черном. Третий затянутый в черную кожу молодчик держал под локоть Эльвиру. Эля слабо трепыхалась, пытаясь безуспешно вырваться.
Забыв моментально о призраке, Денис прильнул к монитору. Он потыкался в настройках, чтобы вывести нужное изображение на весь экран. К тому времени, как это ему удалось, в подворотне уже началась самая настоящая драка.
Один из незнакомцев ударил детектива в живот. Резко, без замаха. От удара Андрей согнулся пополам. Второй бандит тоже ударил его – в шею, намереваясь повалить жертву. Элька забилась в руках третьего, широко разевая рот в крике.
Сапотникову удалось устоять на ногах и он даже дал отпор, сумев хорошенько врезать обоим противникам, но расклад изначально сложился не в его пользу. Да и бандит, схвативший Эльвиру, как показалось Саблину, собирался приставить ей к горлу нож, вынуждая Андрея сдаться под давлением шантажа.
Нарушив обещание сидеть тише мыши, Дэн без колебаний распахнул дверь и ссыпался по скрипучей лестнице. Выхватив из груды мусора доску, он кинулся в арку, вопя на ходу как полоумный и вздымая над головой сие примитивное оружие.
Парни, услышав вопль, отвлеклись, чем Андрей не преминул воспользоваться, сбив с ног ближайшего к нему противника.
Не переставая орать, Денис обрушил дубину на второго, обернувшегося к нему бандита. Сила удара была приличной, и если бы тот не отшатнулся с ловкостью типичного бойца без правил, его бы снесло – во всяком случае, Дэн очень на это рассчитывал.
Увы, конец доски лишь царапнул противника по груди, зацепив расщепленным концом рубашку и запутавшись в ней. Бандит взмахнул руками, сохраняя равновесие, и «дубинка» соскользнула вниз, разорвав ткань. Дениса по инерции кинуло чуть вперед, вслед за концом доски, но он быстро выпрямился, не желая упустить инициативу, и вновь коротко замахнулся.
На сей раз он попал куда целился. Гнилая палка с хрустом переломилась о крепкий череп неприятеля, не причинив тому большого вреда, но безрассудная наглость нового действующего лица заставила бандита замешкаться. Да, всего лишь на секунду, но, оглушенный и обалдевший, он затряс головой, и Дэн, отбросив обломок, успел подскочить и дать ему в челюсть.
Ох, как давно он не дрался! Смесь праведного гнева и азарта, когда «наших бьют», всколыхнула в нем все прежние детдомовские инстинкты. Хоть он и предпочитал решать дела миром, но музыка, увы, не всегда улаживала проблемы, иногда первыми в ход приходилось пускать кулаки. Дэн быстро усвоил правила стаи: робко блеять в свое оправдание и бежать означало ухудшать положение. Если обстоятельства вынуждали, Дэн шел в атаку яростно, не жалея ни себя, ни обидчика. Он огребал, конечно, по полной, после чего не мог играть какое-то время на прежнем уровне, но под лавку не забивался. Вот и сейчас адреналин знакомо вскипел в крови и вымел из мозга всякую разумную мысль. Мышцы налились певучей силой.
Звереющий краснощекий бандит признал в нем соперника. Оценил на уровне тех же инстинктов. Просек: с таким бесполезно вести диалог, шантажировать и угрожать – с охваченным бешенством противником можно только драться.
Денис тотчас заработал от него симметричный удар в челюсть, но боли не почувствовал. Он вцепился в скользкую кожаную куртку, намотал воротник на руку и, продавливая оборону натиском, впечатал врага в стену. Впрочем, через секунду он уже сам летел к противоположной стене, и его ребра познакомились с чужими кулаками. Это разозлило его пуще прежнего.
Где-то далеко, на краю схватки, визжала Элька, Андрей катался по грязному асфальту подворотни в обнимку со своим «спарринг-партнером», а здесь и сейчас на Дениса сыпался град ударов, провоцируя в ответ такой же бешенный град.