Анна считала подобные упражнения полезными. Перед смертью баба Валя учила ее всерьез, интенсивно, делясь собственными наработками и тысячелетними знаниями, но всего этого было недостаточно, чтобы выстоять в катаклизме. Анне была необходима практика, и Разин какую-то часть ей невольно предоставлял. Не все, что нужно, конечно, плетение арканов в этот пласт не входило, но все-таки...
*
… - Когда земля треснет, и пронесется по Волге большая волна, смывая прибрежные дачи и затапливая города, тогда сразу станет понятно, кто из нас чего стоит, - говорила ей баба Валя, и Анна видела, что именно стоит за ее словами. – Учти, девонька, что у многих приятных с виду людей нутро-то звериное.
- Но ведь и героизму будет место, - через силу возражала Анна, напуганная чудовищными видениями. – Не все ж люди – волки, есть и хорошие.
- Есть, - соглашалась баба Валя, - да только хорошие часто гибнут первыми, а вся дрянь всплывает, непотопляемая, но мы и таких с тобой обязаны хранить, пусть и ценой собственной жизни. Такова плата за дар, ведь с нас спросится по самую высокую планку.
- Но если мы знаем, что произойдет, почему не предупредим? Так же легче будет и нам, и им. Думаете, нас слушать не станут?
- Твоя задача не по улицам бегать и дуриной орать, - сурово ответила ей старая ведунья, – этим другие займутся, тебе же досталось остановить беду! Есть ничтожный шанс, поэтому надо забыть о себе, не пить, не есть, а потенциальную катастрофу превозмочь. Я старая и уже не удержу ничего, но с тобой поделюсь всем, что имею, все до капли отдам. Сила это родовая, ее мать моя копить начала, так как уже тогда знала, чем все обернется, а тебе, значит, суждено эту силу в дело пустить. О себе подумаешь потом, когда угроза минует и люди угомонятся, а до того, считай, что и нету тебя, а есть один лишь долг святой.
Анна закрывала глаза и видела, как раскалывается мост через реку, по которому мчатся автомобили. Полотно будто взрывается под колесами, выбрасывая вверх осколки, и водяные мощнейшие фонтаны взметаются ввысь, а в проломы устремляются нетерпеливые потоки. Со всех сторон на остатки переправы давят взбесившиеся волны – все в пене, мусоре и мазуте. Картины шли без звука, но можно было вообразить, какой треск и грохот наполняет воздух, как кричат люди в машинах, проваливающихся в бурлящую бездну, и как страшно гудит вода, напирающая со стороны всколыхнувшегося Жигулевского моря, сжимаемая пришедшими в движение берегами.
- Как этого избежать, бабушка? Это же из глубины придет, из разлома. Там такая мощь, что любого раздавит.
- Придет время, и откроется тебе: как, куда встать, из какой точки петли накидывать. Все придет. Авось и не одна будешь спасительные арканы плести.
- А с кем?
- Хранители наши поддержат. У них тоже свой долг. Прежде всего нельзя позволить пещерным старцам проникнуть в Белую цитадель, а для этого надо заставить петь камни-керемети. Кому ж, как не им, служительницам Хозяйки, об этом думать?
- Насколько успела понять, вы с хранительницами не ладите. Я должна буду с ними помириться?
Старушка фыркнула возмущенно:
- А ты с ними и не ругалась! Это они меня отвергли, изгоем сделали, но на тебя вся эта дребедень не перейдет, с собой в могилу нашу ссору унесу. Знаться с хранительницами тебе особо не придется. Ты – партизанить пойдешь, подберешься к старцам, откуда те не ждут. Запутаешь этих аспидов, картинку им ложную предоставишь, а уж если превозмочь их хитростью не удастся, тогда пойдешь иначе город спасать. Хоть бы не пришлось, малой кровью бы отделалось, - баба Валя вздохнула, - но чую – все-таки воевать придется.
- Старцы меня раскусят, - печально сообщила Анна. – Я не притворщица.
- Бессмертный поможет, его использовать будем. Он для старцев почти что свой, давно с ними якшается, и ежели ты станешь для него незаменимой, то и старцы тебе поверят. А они обязательно поверят, ибо нету у них других пророков, кроме нас с тобой. Сильные люди имеются, особенные люди, а вот чтоб будущее как на ладони видеть, таких боле нету. Дозируй правду и ложь, внушай нужные идеи, и деваться им будет некуда – станут петь и плясать под твою дудку. Бессмертный им все передаст, особенно про Белую цитадель.