В эти секунды Денис как никогда понимал, что скрипка в его руках – лишь способ ответить неведомой силе на ее языке. Он не был уверен, что сможет укротить зверя, вплетя в его грозную канву свой личный мотив, словно ленточку в гриву, и тем самым преобразив страшного монстра, но поговорить с этой силой, объясниться и понять ее, быть ею понятым – это было возможно.
- Я попробую ее убедить, - сказал Денис. – Если получится, она откроет секрет.
- Кто – царица Шелех?
Саблин не ответил. Он выпрямился, прижимая подбородком скрипку к плечу, и прикрыл глаза.
- Ну, дерзай! – кивнул Андрей и, чтобы не мешать, отступил подальше.
Музыка, родившаяся у Саблина на вершине таинственной Ош-Пандо-Нерь, была незаурядна, отчасти жутка и в то же время чарующе-прекрасна. Андрей замер, пронзенный навылет скрипичным монологом, как влюбленный – жестокой стрелой Амура. Он даже не подозревал, что можно очароваться ночным кошмаром или полюбить смерть. Или томиться нестерпимым желанием раскинуть руки и упасть в бездну – но именно это с ним и происходило.
Саблин исполнял нечто невообразимое, рвавшее нервы и разум в хлам, но при этом заставлявшее повторять иступлено «Еще, еще!» В немыслимых и непривычных пассажах Андрею чудились то холод каменных оков, сдерживающих недюжинную земную мощь, то жар подземного огня, который плавит камни словно глину, то тревога гонимого судьбой беглеца и смертельная тоска по несбывшемуся.
Денис несколько раз повторял один и тот же мотив, но всякий раз чуть иначе. Вначале в нем было слишком много трагичного и злого, и Андрей однозначно записал бы это в «черную музыку», если звуки вообще способны иметь окраску, но постепенно мелодия светлела, добрела и истончалась, превращаясь в изящное кружево нот, танцующих в вышине, под стремительными облаками. Сердце детектива, уловившего колдовской ритм, сжималось от переполнявших эмоций.
Ему казалось, что он понимает, что именно играет Денис и для чего он это играет. Денис вкладывал в игру себя, он вступал в диалог со скалами и задавал им темы, заставляя петь в ответ так, как этого требовал от них он – музыкант и волшебник.
Несмотря на полное невежество в этих вопросах, Андрей неожиданно для себя прозрел и поразился, до какой степени был, оказывается, глух и слеп. Он ввязывался в споры с Володей, понявшим и принявшим суть Дениса прежде него, а надо было не спорить, а просто взглянуть на вещи под другим углом, и все бы встало на свои места.
*
Музыкальный бонус: «Плач солнца» (Crying of the Sun), группа «METALWINGS»
Где-то глубоко в воспоминаниях ночи
Тайные знаки оставляют пылающие следы.
Где-то далеко в таинственном тумане
Два глаза все еще ждут света
*
Этот странный концерт явился для Андрея откровением и что-то перевернул в его душе. Он даже не удивился, когда увидел, как из трещин и щелей вдруг стали вылетать огоньки, похожие на ярко горящие звездочки размером с мячик для пинг-понга. Они летали зигзагами и скапливались над головой Дениса, но не зависали в неподвижности, а продолжали плавно двигаться и крутиться.
«Маэстро способен заставить себя полюбить даже бездушные шаровые молнии», - подумал Андрей уже без малейшей тени сомнения.
Впрочем, у этих задорных «звездочек» все-таки душа была, ведь они демонстрировали удивительную музыкальность. Когда одна из них отделилась от стаи сородичей и подлетела прямо к Андрею, зависнув перед его лицом, детектив невольно улыбнулся и протянул к ней руку.
Сияющий шар не позволил себя коснуться, отшатнулся, но тотчас вернулся, игриво вертясь вокруг ладони. Он отлетал в сторону и снова возвращался, зовя за собой.
Андрей сделал шаг, и «молния» радостно закружилась, ускоряясь и подпрыгивая. Она продолжала его увлекать, и Андрей, откликаясь на очевидное приглашение, а также на музыкальный приказ, звучащий в исполнении скрипки, медленно двинулся куда-то под сень деревьев, уходя все дальше с открытой площадки. Он сказал себе, что просто посмотрит, что именно ему желает показать необычный проводник, однако решал теперь уже не он...