- Чему радуешься? – тихо спросила Марина. – Это далеко не конец.
- И прекрасно, что не конец, но теперь все будет в порядке. – Если честно, он просто устал от обилия плохого и ждал перемен.
Было раннее утро. Густой туман тек по руслу оврага, куда их вывел туннель, но верхушки деревьев, росших на склоне, мерцали розовым золотом в солнечных лучах, и это пробудило в Саблине неожиданно бодрый отклик. Он чувствовал, что достиг предела сил, однако веселые капли росы звучали как переборы струн огромной оркестровой арфы, не хуже Ключа создавая стойкий эффект надежды на счастье, и ради этого счастья он был готов возобновить усилия.
Их ждали. Встречать посланца Энгумерода Степан Михайлович Разин явился лично. Кивнув Саблину, как старому приятелю, он сосредоточился на Марине.
- Очаровательный нежданчик, - промурлыкал он, оглядывая опытным глазом ловеласа девушку, дрожащую на ветру и тщетно старающуюся стянуть края порванной блузки. – Мне не сообщали, что будут гости. Откуда взялась эта милая мадмуазель?
Свита Разина, стоящая чуть в отдалении, заухмылялась, одобряя тон «атамана». Денис мысленно хлопнул себя по лбу и поспешно скинул с себя черный плащ, укутывая им Зубкову. Разин усмехнулся:
- Твое?
- Она мой друг и соратник! – возмутился Денис. Его запоздалый жест с плащом выглядел, наверно, как попытка скрыть следы преступления, и он ругал себя, что не сообразил раньше, а Марина была слишком горда, чтобы намекнуть.
- Да я так и понял, не переживай, - Разин панибратски похлопал его по плечу, фиксируя взглядом висевший на поясе инструмент, уже не прикрытый плащом. – На твое не претендую. Владей, чем владеешь, мне и моего достаточно.
Во время краткой паузы, когда антагонисты обменивались взглядами и транслировали друг другу смыслы, Марина гордо выпрямилась под любопытствующими взглядами. Ее редкое меццо-сопрано вспороло наполненное масляными ухмылками пространство, рассыпавшись сверкающими блестками богатых обертонов (колдовскими блестками – Денис был готов поклясться!), и оборвало расползающиеся шепотки.
- Значит, так! Я – наследница местного рода и сотрудница турклуба «Жемчужины Жигулей», если тут понимают, что это означает на самом деле. Попрошу в моем присутствии меня не обсуждать, словно неодушевленную вещь. Пока просто прошу и делаю это очень вежливо. А если рискнете, то пожалеете. Мне отныне терять нечего.
Денис бросил на нее обеспокоенный взгляд. После того, что предстало перед ним в «яслях», он опасался за ее душевное здоровье, однако Марина шла на поправку очень быстро, и это грозило новыми проблемами. Впрочем, никто из присутствующих больше не пожелал отпускать в ее адрес шуток, наоборот – все потупили глаза. Все, кроме Разина. Тот продолжал пялился на нее, и даже плащ, скрывший ее фигуру, казалось, не был ему помехой. Акт неповиновения изрядно потрепанной жертвы изрядно позабавил его.
- Марине многое пришлось пережить, и самое лучшее сейчас – оставить ее в покое, - поспешно произнес Саблин, обращаясь к нему, чтобы предотвратить намечающийся конфликт. Сам он за минувшие двое суток поднабрался дипломатической выдержки, но не был уверен, что остальные желают того же самого – мира.
Лениво обернувшись, Разин махнул кому-то, подзывая:
- Вася, отвези девушку в Кяшему к моей жене. И будь с ней вежлив, как того заслуживает «наследница рода». Новая невеста нашего любимого Маэстро не должна испытывать дискомфорта, так Анне Ивановне и передай, пусть окажет ей царский прием.
Денис смел надеяться, что ничто в его лице не выдало истинных эмоций. Выражение «моя жена» в устах Разина звучало отвратительно, а называя Марину «невестой», тот явно стремился его поддеть, однако Дэн надеялся, что Анна все поймет правильно. Да что там – он безоговорочно верил в ее светлый ум.
- Поезжай с ним, - сказал он Зубковой ровным тоном, - Анна хороший человек, и с ней ты будешь в безопасности.
Он боялся, что Марина откажется и захочет идти в Цитадель, но она соизмеряла свои возможности с вызовами дальнего похода.
- Кяшема далеко? – обратился Дэн к Разину, когда Василий со всей предупредительностью повел Марину прочь.
- Близко. Мы туда отправимся чуть позже. Сначала я покажу тебе фронт предстоящих работ. Ты же не против?
Денис бы с радостью тоже поехал в Кяшему к Анне, однако вопрос Разина был риторическим. Разумеется, им придется заниматься делами прямо сейчас.
Дал знать о себе Вергилий:
- Я желаю присоединиться к походу, но есть вопрос об андроидах: они пройдут?