- Да… я учился у него, - кивнул Денис, хватаясь за столбик, подпирающий крышу.
Четырнадцать лет! Очень ясно и оттого безумно болезненно на него снизошло понимание, что старый учитель не предавал. Он перестал являться в детдом потому, что смерть помешала ему это сделать.
- А... отчего он умер?
- От старости. Болел последний год много. Застудился зимой – погоды тогда стояли морозные. Нам не говорил, что легкими маялся. Постойте-ка! – во взгляде хозяина дома наконец-то мелькнуло узнавание. – А вы, случайно, не тот самый…
- Я пойду, - перебил Денис. – Мне пора. До свидания.
Он пошел к калитке, потрясенный известием, ощущая, как шатается под ногами земля. Голова кружилась, и он с трудом сохранял равновесие.
Как все-таки отличается его личное прошлое от истинного! Похоже, он выдумал едва ли не всю свою прежнюю жизнь.
В шоковом состоянии Саблин спонтанно отправился на местное кладбище, где находились могилы семьи. Он никогда не навещал их, но платил деньги одной ответственной православной семье, которую ему нашел опекун (или нашли по его указке). Эти люди ухаживали за могилками и регулярно слали ему фотографии. Ориентируясь на них, Дэн без труда разыскал захоронение, оказавшееся в полном порядке. Оградка была крепенькой и нарядной, солидные памятники блестели черным гранитом, всюду цвели цветы.
Дэн просидел там какое-то время, глядя на нанесенные фотографии мамы, папы и сестренки сквозь пелену прорвавшихся слез. Он надеялся, что этот визит принесет ему ясность и покой, но он принес очередную боль. Денис корил себя за то, что забыл сюда дорогу.
- Знаешь, мама, - тихо пожаловался он, - я что-то совсем запутался. Вокруг меня обнаружилось так много лжи, что… мой мир рухнул. Сразу и, кажется, безвозвратно. Я потерял себя и свою историю – у меня больше ничего нет! Ты тоже мне в каком-то смысле лгала, но я не осуждаю тебя. Наверное, тогда я был мал, и требовалось поступать именно так… требовалось молчать. Ты просто не успела признаться. Но теперь, когда я созрел и ищу правду, то совершенно не представляю, кто мог бы мне ее раскрыть. Что мне делать, мама, к кому идти? Кто согласится поговорить со мной о прошлом – честно и откровенно?
На кладбище было сыро и тенисто. Шелестели деревья. Едва слышно чирикали в их кронах воробьи. Без привычной музыки Денис ощущал себя обычным человеком и, кажется, уже начинал привыкать к этому. Тотальная тишина не так сильно пугала его на открытом пространстве, на природе. Расстраивала, конечно, но он почти уже с ней смирился.
Жить на руинах оказалось возможным. Тяжело и тоскливо, конечно, но ставить точку никто не собирался, и ему приходилось собирать себя заново и перекраивать планы. Тоже опыт.
- А еще… - Дэн слабо усмехнулся, - еще, мам, накануне мне примерещился призрак. Я увидел девушку, прыгнувшую с моста… Я испугался. Я думал, что так дает о себе знать моя совесть, но сейчас уже не уверен... Возможно, это что-то другое. Знак грядущих перемен. Когда мир рухнул, нельзя измерять его руины старыми способами, но новых инструментов у меня нет... Пока нет. Я ищу их и надеюсь, что найду. И надеюсь, что на поиски у меня достаточно времени, я все успею до грозы... Наверное, лучше бы я вчера увидел на мосту тебя. Мне и сейчас, на кладбище хочется увидеть твой лик. Тебе бы я был рад... Мне вас всех так не хватает!..
Дэн хотел найти заодно и могилу Семена Потаповича, но не нашел. Побродив по пустынному кладбищу с час, он мысленно попросил у покойного учителя прощения и пообещал поставить свечку за упокой. Именно это он и сделал в сельской церкви, заказав еще и панихиду по своим родным. Постояв перед иконами и ни разу не перекрестившись (он не знал, имеет ли на это право), Дэн вновь вышел на улицу и побрел бесцельно куда глаза глядят.
Он забыл о том, что собирался разыскать знакомых и расспросить их о жизни своей семьи. Конечно, не всякие знакомые смогли бы просветить его в семейных тайнах, но вдруг кое-кто да мог? Сейчас этот план, однако, казался ему нелепым.
На центральной площади зазывалы приглашали отправиться в тур по Самарской Луке с посещением заповедных мест. Микроавтобус с логотипом турклуба «Жемчужины Жигулей» стоял тут же, в тени раскидистых лип.
- Не желаете ли посетить деревню Шелехметь – знаменитое поселение сильнейших колдунов и ведьм? – подскочил к Саблину работник туротрасли. – Вас ждут Кармалинское городище, святое озеро Баба озкс и таинственные пещеры Молельной горы.
Дэн отказался.
- Зря, очень зря! Лучших маршрутов вам тут никто не предложит. У нас самые интересные и совсем не банальные предложения.