Близкая перспектива наконец-то во всем разобраться непроизвольно вселила в Саблина тихое предвкушение. Слава богу, ждать ему осталось недолго!
После прогулки на палубе корабля есть ему хотелось зверски, и фруктами было не обойтись. Сунув письмо в конверт, а конверт в карман джинсов, Денис натянул на себя последнюю чистую рубашку, модный в этом сезоне жилет и отправился в ресторан.
Далеко он не ушел, ужинал в заведении, расположенном через дорогу. Вчера ему не понравилась вывеска и дурацкие наклейки на окнах, рекламирующие блюда, и он пошел искать что-то более респектабельное, но сегодня шляться по улицам было некогда. Впрочем, оказавшись внутри и попробовав то, чем у них кормят, Денис не разочаровался. С аппетитом поглощая жареную на углях рыбу с овощным гарниром, он постепенно возвращал себе боевой настрой.
Утолив голод, Денис снова достал письмо, перечитал его в энный раз и пришел к выводу, что всему виной эксцентричная натура Зубковой. «Приезжайте один», требовала она с явным желанием его завлечь, заинтриговать. Диссонанс между текстом и ожидаемой сутью просто не позволял Денису проигнорировать приглашение.
- Вот же хитрюга! – усмехнулся он.
Заставлять его торчать на остановке да еще у черта на рогах было весьма опрометчиво, но после сытного ужина Денис смотрел на все ее причуды снисходительно.
«Спасибо, что не на Вертолетке!»
Смотровая площадка, называемая в просторечии «Вертолеткой» из-за того, что в том месте когда-то садились вертолеты, привозившие главных конструкторов Опытного завода № 2, находилась на севере города в поселке Управленческий, и до нее пришлось бы добираться очень долго. К тому же погода портилась, да и поздний час значительно осложнил бы свидание. В этом отношении улица Перовская была ближе и проще. Видимо, Марина где-то там снимала жилье, а в 21.15 по расписанию приезжал автобус, на котором она возвращалась с работы. Район Перовской, конечно, был непарадный, застроенный старыми деревянными домами, гаражами и складами, тянущимися вдоль реки Самары, но зато снять комнату в курмышах (*район со старыми домиками и запутанной уличной сетью, сам.диалект.) было дешевле.
Денис взглянул на часы. Ехать от отеля на такси до места встречи было всего ничего, и он успевал спокойно выпить чашку кофе. Пить кофе вечером он считал моветоном, но день выдался нервный во всех отношениях, а возвращаться в номер и проверять, все ли спокойно в ванной комнате, ему совсем не улыбалось. Уж лучше провести этот час у всех на виду, в ресторане.
Дэн подозвал официанта и дополнил заказ двойным американо, после чего в ожидании вновь полез в Интернет. Ему стало любопытно, чем Марина занимается в «Жемчужине Жигулей». Почему-то раньше ему не приходило в голову навести справки о том, что случилось с бывшей фирмой его матери, но сейчас он «дозрел».
Прихлебывая из чашки, Денис нашел сайт «ЖеЖе» и неторопливо бродил по его разделам. Почти сразу он обнаружил фотографии Марины в образе Хозяйки гор. Оказывается, у них был целый спектакль, разыгрываемый на природе. В красном платье со шлейфом и с посохом, выполненным в виде палки, обвитой змеями, Манина смотрелась одновременно величественно и сексуально.
«Умеет себя подать», - не без удовольствия подумал он. Эта девушка явно знала себе цену.
На сайте был и раздел, посвященный топографическим особенностям Самарского региона. Денис кликнул на легенду, положенную в основу спектакля с участием Марины. Это был коротенький рассказик про Утес Шелудяка, названный так в честь соратника Степана Разина Федора Шелудяки. Саблин знал ее, но решил перечитать, чтобы освежить в памяти.
«Давным-давно, - повествовала легенда, - охотилось на знаменитого атамана царское войско. Его ватагу быстро переловили и поубивали, но отважный Федор Шелудяк бился как лев, положив вокруг себя немало врагов, и в руки не давался.
В пылу сражения Федор не замечал, что за ним из-за деревьев наблюдает молодая женщина в красном платье. Не замечали ее и стрельцы, хотя женщина была очень красива. Правда, красота ее была холодной и словно бы нездешней, нечеловеческой. Красавица не сводила глаз с атамана и, перемещаясь за сражающимися, явно сочувствовала красавцу-разбойнику.
Стрельцы загнали Федора на самую вершину безымянного утеса, вознесшегося над Волгой. В успехе они не сомневались, так как деваться Шелудяке было некуда. Он был ранен и начинал терять силы. Сейчас он стоял на самом краю пропасти, за его спиной свистел над широкой рекой ветер, а в руках у него остался короткий обломок сабли. Песенка атамана явно была спета.