Но Джарлаксл слушал его вполуха.
Ты чувствуешь? — спросил меч в его голове. — Магия жизни, музыка хаоса…
Джарлаксл не был уверен, к чему было все это, но потом ему пришло в голову, что эта часть путешествия проходила в непосредственной близости от Фаэрзресс. Кхазид’хи был мечом дроу, а потому волшебство мистического места сыграло немалую роль в чувствительности клинка, как и необыкновенно повысило остроту его лезвия.
Ты много раз был здесь прежде, — напомнил Джарлаксл клинку. Он был уверен, что меч уже был в этих туннелях в прошлом. — Тем не менее, я ощущаю твое удивление.
Но никогда это не было вот так, — почувствовал он ответ возбужденного клинка.
Джарлаксл все еще не был уверен в происходящем, а потому вернул меч в ножны и снова сосредоточился на своих товарищах. Оба были потрясены, сторонясь друг друга, словно думая, что некий демон принял форму дроу.
— Маска, — сказал Дзирт, подтверждая опасения Джарлаксла. — Откуда мы знаем, что под Маской Агаты действительно Артемис Энтрери?
— Потому что я сам дал ему её. И видел, как он надевал маску, — ответил Джарлаксл кислым недоверчивым тоном.
— Великий демон может быть достаточно умен, чтобы продолжать обман Энтрери, если сможет дотянуться лапами до маски, — заметил Дзирт.
Энтрери снял маску, возвращаясь к своему нормальному виду.
— И великий демон был бы достаточно умен, чтобы отвлечь наше внимание подобным образом, — сказал он Дзирту, который казался совершенно не согласным.
— У меня есть магия истинного зрения, — прервал их Джарлаксл. Оба воина повернулись и посмотрели на него. Он с силой ткнул в глазную повязку. — Хотя Маска Агаты может обмануть меня. Эта магия древняя и мощная. Но полиморфизм демона не смог бы ввести меня в заблуждение. Даже если это колдовство великого демона.
— И демонического лорда? — спросил Дзирт, которого, казалось, не оставляли сомнения.
— Да, — столь же недоверчиво повторил Энтрери.
Джарлаксл уставился на Дзирта и поднял руки, словно сдаваясь.
— Это — Артемис Энтрери, — сказал он, обращаясь к следопыту. А потом повернулся к убийце. — Надень маску назад и оставь её в покое. И да, это точно Дзирт, а не самозванец. Что за безумие овладело вами? Вами обоими?
— Мы имеем дело с мощными обитателями нижних планов, — сказал Энтрери, снова становясь дроу. — То, что ты называешь безумием, я считаю предосторожностью.
— А если бы вы убили друг друга? Что тогда?
— Тогда, возможно, этому суждено было случиться, — сказал Энтрери со смертельной серьезностью. Говоря эту угрозу, он бросил взгляд на Дзирта.
— Если последнее, что я сделаю прежде, чем закончу дышать — это убью Артемиса Энтрери — мир станет лучше, — продолжил Дзирт.
Джарлаксл развел руки в стороны, слишком взволнованный, чтобы даже осознать свое движение. Ему казалось, что их ссоры — дела давно минувших дней — не покончили ли Дзирт и Энтрери с этой глупостью? Они много лет путешествовали вместе, на самом деле, даже делали вместе невероятные вещи. Например, в Порте Лласт.
А теперь, без причины, они были готовы убить друг друга.
— Демогоргон, — пробормотал он себе под нос. Не было ли главным оружием Принца Демонов умение сводить с ума? Эта тревожная мысль грызла Джарлаксла, заставляя его оглянуться через плечо, словно ожидая гигантского Демогоргона, который в любой момент мог ввалиться в залу.
Путь был чист — оба пути, когда последние группы демонов были расплавлены. В стороне большая бескрылая птица клевала дымящийся труп балгура.
Джарлаксл устало потер лицо и подумал о предупреждениях Фэласа относительно Мензоберранзана. Все пошло не так, как он ожидал. Каждый шаг приносил новые проблемы. Он даже не надеялся отдохнуть в этот день, боясь проснуться под звуки смертельной драки Дзирта и Энтрери.
— Я понятия не имею, что заставило вас… подозревать друг друга, — сказал он. — Неужели мы так мало доверяем друг другу?
Дзирт и Энтрери хмуро переглянулись.
— Тогда нам нужно вернуться в Гаунтлгрим, — подытожил Джарлаксл.
— Да, и оставить там этого, — сказал Энтрери, кивая на Дзирта. — Нам не стоило брать его.
Джарлаксл вздохнул и придержал свои мысли при себе. Если бы Дзирт не согласился пойти с ними, он бы вообще никуда не пошел. Далия не была так уж важна ему, и потому он не стал бы рисковать. И хотя он, или, по крайней мере, Бреган Д’Эрт, был повинен в том, что Артемис Энтрери потерял свою другую любовницу — эльфийку Калию, Джарлаксл не собирался жертвовать жизнью, чтобы погасить этот долг.