– Подсудимый лишается свободы на сроком пять лет, он будет отбывать свое наказание в тюрьме строго режима! – завершив свой вердикт, судья постучал трижды молоточком, дав понять, что его решение неизменно и суд завершен.
Поднялась шумиха в зале, все начали выходить из помещения, Ёнмин сдержанно смотрела на Тэджина, которого уводили конвои. Она достала свой телефон и набрав номер своего подчиненного сказала…
– Подготовьте все необходимое, для сокращения его срока и подайте подготовленную ранее информацию в сизо, завтра я еду в тюрьму. – завершив звонок, девушка была настроена серьезно.
Она оповестила о своем решении родителей и готовилась к отъезду в тренажерном зале, там она приводила себя в физическую форму, отрабатывала боксерские удары, а так же приемы карате и еще пару приемов из других боевых искусств.
– Госпожа, мы готовы. – серьезно сказал один из ее телохранителей.
– Хорошо, но старайтесь в начале держаться от меня на расстоянии, если завяжется драка, я постараюсь заполучить авторитет и вы, тогда можете присоединиться ко мне. – спокойно сказала блондинка.
– Понял. – ответил парень и ушел.
Ночью девушка не могла нормально спать, она обдумывала возможности выживания в условиях сизо.
Ёнмин довольно заметно нервничала и уже хотела помешать свое решение, но тут же отдергивала себя от такой мысли. Она измученно встала со своей кровати и побрила на кухню.
– Дочка, как ты? – побеспокоилась мать.
– Нормально. – ответила Ёнмин.
– Может бросишь такую глупую затею, наверняка есть другой способ.
– Я решила, для меня это самый лучший способ, чтобы его убедить передумать. – залпом выпив стакан воды сказала блондинка. – Когда он увидит меня там, будет стараться защитить и точно откажется от своих грубых слов сказанных мне тремя месяцами ранее. – уверенно добавила Ёнмин.
– Ладно, будь осторожна. – смирилась мать и обняла дочь.
– Я пойду немного посплю. – сказала девушка и аккуратно отстранилась от мамы.
Утром, Ёнмин взяла с собой небольшую сумку с самым необходимым и поехала в место сбора всех заключенных, которых собирались перевозить в тюрьму строгого режима.
Её телохранители уже были на месте, они решили быть там порозень, чтобы было меньше вопросов со стороны законченных. Естественно девушка заранее предупредила свое агентство и взяла отпуск на неопределенный срок, так же были в курсе всего и сами служащие тюрьмы, глава, и конвои.
Уже оказавшись на месте, девушка зашла в туалет и переодела форму заключенной, а затем подошла к одному из конвоев и тот, узнав ее, спокойно надел ей на руки наручники. Они направились к остальным заключенным на улицу.
– Какого?! – тихо возмутился Тэджин, когда увидел Ёнмин недалеко стоящую от него.
– Привет, любимый. – подмигнула парню и улыбнулась ему.
Все заключенные выглядели довольно суровыми и мрачными, внушая страх.
Заключенные имели устрашающий облик, который формируется под влиянием как времени, проведенного в тюремных стенах, так и жизненных обстоятельств, которые привели их туда. Их внешность была опрятной, но зачастую это татуировки, следы от побоев, физическая худоба, у некоторых была замечена хорошая, накачанная мускулатура. У многих имелась ярко выраженная агрессия в глазах, что создавала атмосферу страха и напряжения.
Когда конвой собирался перевозить заключенных в тюрьму, атмосфера стала особенно напряженной. Заключенные вели себя вызывающе, кто-то закатывал истерики или угрожать конвою. Некоторые пытались манипулировать охранниками, вызывая жалость или игнорируя правила. Но были и те, кто был очень полностью спокоен и даже хмурое безразличие – по ним явно был заметен за плечами большой опыт.
Конвой, был настороже. Охрана действовала слаженно, применяя силу только в крайнем случае, но также и психологическое давление. Это время, когда привычная динамика власти может легко нарушиться, и никто не застрахован от неожиданного поворота событий.
Суровое отношение конвоев к заключённым — это не только проявление власти, но и отражение системы, в которой они действуют. Каждый шаг под строгим надзором, каждый жест — напоминание о безысходности положения. Заключённые часто становятся объектами недоверия и презрения, и это проявляется в агрессивных взглядах, грубых словах и физической строгости.