– Что вякнул? – переспросил Волк.
– Потеряйся! – фыркнул его собеседник.
Парень не выдержал и ударил мужчину своим подносом с посудой по голове, раздался оглушительный звон посуды, она не разбилась, так как была металической, но довольно громкие издала звуки.
Мужчина с тату даже не повел глазом, от такого удара от Волка, но он не дал парню поблажек и просто резким движением взял парня за горло, перекрывая ему доступ к воздуху, парень заметно покраснел и начал хрипеть, но не растерялся и достав из своего кармана вилку с острым концом на рукоятке, воткнул ее ему в шею, задев сонную артерию. Из раны тут же фантаном брызнула кровь, в разные стороны сильным потоком испачкав тюремную форму Волка и пол в столовой.
Толпа, которая за этим всем наблюдала, заметно всполошилась. Заключенные девушки, их было не много; стали визжать от страха и выбигать прочь из столовой. Другая часть заключенных, в основном мужчины, спокойно сидели на своих местал и продолжали есть, а другие просто надлюдали за происходящим, без какой-либо эмоции.
Когда шумиха стала чуть больше в столовую подоспела охрана и принялась расталкивать "зрителей", которые окружили двоих нарушителей, мужчину уложили на носилки и понесли в госпиталь, дав ему команду, не отпускать руку; а Волка скрутили и отдубасили дубинками, позже парня посадили в карцер, чтобы тот подумал на досуге.
Ёнмин, наблюдая за дракой между заключёнными, замерла на месте. Её глаза были широко открыты в ужасе, дыхание перехватило от шока. Она чувствует, как сердце колотится в груди, а адреналин приливает к венам.
Вроде всё вокруг останавливается — звуки скандала, крики и удары сливаются в неразборчивый шум. Она понимает, что находится в опасной близости от жестокого побоища. Её руки начинают дрожать, а кулаки сжимаются непроизвольно.
Когда один из заключённых получает смертельную рану, её губы открываются от ужаса, а глаза наполняются слезами. Она не может отвести взгляд, несмотря на страх, и внутри неё возникает паника, сочетающаяся с неловким желанием помочь, хотя она знает, что не может этого сделать.
В голове мелькают мысли о том, как быстро может произойти трагедия. Ёнмин вжимается в спину Тэджина, ощущая, как её колени предательски дрожат, а мир вокруг теряет ясность. Каждый миг кажется вечностью, и единственное желание — убежать подальше от этого кошмара.
Тэджин заметил реакцию блондинки и обнял её за плечи, она продолжала дрожать в его объятиях. Кто-то скажет, что, как она может быть вообще дочерью мафиози и при этом самой пользоваться оружием; раз так реагирует. Но в этом месте, ни кто даже разнять их не пытался, даже сама охрана, которая не особо спешила разнимать парней.
В этом месте, нет сожаления, жалости, сочувствия и страха. Тут только безразличие, хладнокровие и жестокость. Всем все равно, где умрет любой из присутствующих здесь, тут каждого не считают за человека, ведь они совершили довольно ужасные вещи.
– Спасибо…– прошептала Ёнмин, выйдя из своих мыслей.
Глаза девушки еще были мокрыми, от слез, которые вот-вот должны были побежать по её щекам.
Брюнет аккуратно вытер её глаза от влаги и постарался ей мягко улыбнуться. Тэджин понимал, что ей тут не место и видя тут такие сцены, он чувствует, как его сердце сжимается от боли, при видя Ёнмин, в таком состоянии.
Глава 14
После такой сцены, блондинку еще какое-то время мутило, но она держалась. Лежа на кровати в своей камере, она смотрела в потолок. Девушка сильно задумалась на счет того, верно ли она поступила, когда решила сюда попасть. Ёнмин не готова в случае чего, тут умереть, да и ее мама этого не переживет.
– Слушай, а вы с тем Прокурором встречаетесь? – нарушив тишину сказала Лиса.
– А что? – поинтересовалась Ёнмин.
– Да, так. Хочу с ним познакомиться. – с ухмылкой на лице ответила Лиса.
– Встречаемся. – немного грубо ответила блондинка.
Девушка в стала с кровати и подошла к Ёнмин. Она нависла над ней и взяв ее за ворот тюремной одежды, потянула на себя. Блондинка довольно легко поддалась ей на встречу и немного напряглась.
– Чего тебе? – брезгливо спросила Ёнмин.
– Отвали тогда от него! – с угрозой в голосе сказала Лиса.
– Пошла ты! – со злостью в глазах сказала Ёнмин.