Пусто было
И огненный кальмар, как вздыбится, и разнесется во все стороны тысячей искорок. И затем на палубу посыпались черные жемчужины.
Мальчик Петька пропел в шутку:
- Какое небо голубое!
Мы не сторонники разбоя!
А иногда кувшин вина,
Ведет к тому, что мат тебе Яга!
Карабас попробовал что-то наколдовать. Из его бороды вылетело несколько волос, которые зашипели и обернулись змеями. Но детей-воителей это не смутило. И они просто взяли и рубанули этих пресмыкающихся мечами. И те исчезли, оставив только мокрые пятна.
Энрике хихикнул и отметил:
- Это все на что вы способны?
Баба Яга рыкнула:
- Глупый мальчишка! Ты не имеешь понятия какой немыслимой демонической силой обладает этот шар!
Мальчик хихикнул и ответил:
Сильным быть неплохо, что и говорить,
Но должны еще и шарики варить!
Шарики, шарики, шарики варить!
Шарики, шарики, шарики варить!
Из шара выскочили два кролика. Они были самые обычные зверьки на вид. Но вдруг стали расти, и превратились в громил с доброго быка каждый, и в руках, точнее лапах, держали морковки-дубины.
И морды у них стали такие злобные!
Мальчик Сережка пискнул:
Волшебный кролик,
Рисует нолик!
И действительно, монстры как размахнулись дубинками и попытались огреть Энрике. Но мальчик-воин подпрыгнул вверх и дубины-морковки пролетели мимо. Да еще врезались друг другу по мордам. И кролики-монстры грохнулись.
Девчока Лара пискнула:
- Эй, дубинушка ухнем!
Энрике пропел:
Мы победим ночной кошмар,
Один прыжок - двойной удар!
От ударов дубин-мороковок у кроликов монстров сплющились морды и полилась оранжевая кровь. Девочка Лара ступила маленькой, босой ножкой в эту жидкость. И ощутила ожог. После чего, бросила на пытающихся встать и начавших шевелиться ушастых монстров, капельки с веера.
И кролики внезапно взяли и стали шоколадными.
Мальчик Сашка в шутку пропел:
Ты шоколадный заяц,
Ты ласковый мерзавец...
И сладкий на все сто,
О, о, о, из плазмы долото!
Действительно, теперь были две крупные, шоколадные фигуры. Энрике облизнулся и заметил:
- Какие аппетитные!
Девочка Катя топнула своей изящной ножкой и произнесла:
- Уноситесь шоколадки, где полно детей не гадких! Будет пусть им хорошо, шоколад течет в русло!
И вот статуи больших кроликов из шоколада поднялись в воздух и разлетелись в разные стороны. Предварительно, конечно, разделившись на более мелкие кусочки.
Энрике взял и плюнул огоньком по Баба Яге. Та взяла и подставила зеркало. Оно было довольно большое в золотой раме. Огненный пульсар ударился и рассыпался. Появилось множество огненных человечков. И они бросились атаковать детей.
Энрике щелкнул босыми пальчиками ног и скомандовал:
- Играем марсельезу!
Дети на губных гармошка стали что-то в классическом, французском стиле исполнять.
И многочисленные огненные человечки пустились в пляс. Было очень даже весело. И мальчики, и девочки тоже, топая босыми, проворными ножками, стали танцевать. И это смотрелось чрезвычайно здорово.
Мальчик Вовка запел:
Не валяй дурака Оркландия,
Карабас Барабас не буянь...
Напечем пирожки мы с оладьям,
И накормим воинственный край!
И накормим воинственный край!
Баба Яга завыла:
- Ну вы и козлы! Да чтоб вам пусто было!
Моргалы
И появилось многорукое чудовище, она было ужасным, и при этом полупрозрачное, словно это медуза. И оно как завоет...
Девочка Лара пропела:
Отпустите меня в Гималаи,
Отпустите меня насовсем...
А не то я завою, а не то я залаю,
А не то я кого-нибудь съем!
И чудовище пусто как крутанет, что дети полетели вверх тормашками. Энрике выстрелил из волшебной палочки, и его энергетический сгусток попал в пусто. И отлетел, долбанув ребенка по босым пяткам. Что было довольно больно. Словно тебе прижгли детские, пусть и огрубевшие, но живые подошвы огоньком.
Пусто накинулось на мальчишку, а Карабас Барабас как завопит:
- Я вас угощу больно плеткой-семихвосткой!
Энрике, отскочив от пусто, пропел:
Кто тебя злой монстр послал,
Будет крепко бит, поверь...
Притупи ты свой оскал,
Жертвой стань хозяин сей!
И мальчишка как засвистит... Пусто взяло и повернулось на сто восемьдесят градусов. И как возьмет и рванет на Карабаса Барабаса.
Тот отчаянно завопил. А это чудовище схватило щупальцами за бороду доктора кукольных наук. И возмет, и тряхнет. Так что Карабас застонет от дикой боли.