- За победу! - слаженно грянул хор.
...Когда Петр Брониславович с супругой покидали стойких маленьких артистов, те чуть не плакали. Они толпились у двери, сопели, бормотали что-то и махали руками - так выражалась их безмерная благодарность.
- Вот это человек наш Брониславович! - когда за классным руководителем и его женой захлопнулась дверь, первым произнес Костик Шибай. - Ну к кому ещё так хорошо относятся? А мы что можем для него сделать?
- Победить завтра. - пискнула Зоя Редькина.
- Да! - согласились все.
И с удвоенной энергией кинулись творить чудо-оперетту.
Квартира Жеки продолжала оглашаться звуками музыки и пением. Только звучало все это чуть-чуть потише. Да теперь к этому спешно прибавились ещё и танцы. Те самые, которые репетировали в школьной рекреации и которые увидела мафия.
А дешифровщики текстов продолжали свою трудную работу.
... - А это вот что тут такое написано? - склоняясь над половинкой Антошиного листка, воскликнула белокурая Маша. - Посмотрите, я уже ничего не соображаю!
Сразу несколько человек заглянуло в лежащий перед ней листок. Маша ткнула пальцем в строчку, на которой среди прочего было написано: "ХОР. ПЕСНЯ". Далее следовал текст очередной песни.
- Это что может значить? Хор песня... - размышляла Маша. - Вот насочинял, паразит. Выкручивайся теперь за него!
- Может, это значит: "Хорошая песня"? - предположил Толик. - Тогда её нужно петь особенно хорошо и громко.
- А если это значит "Хоровая песня"? - резонно заметила одна из девочек.
- Тогда мы её тем более будем хором петь! И очень хорошо! - решительно заявила Маша, схватила листок с "ХОР. ПЕСНЕЙ" и понесла его артистам для разучивания.
Странную картину мог бы наблюдать тот, кто в предрассветный час заглянул бы в спортивный зал семнадцатой школы. На стопке гимнастических матов, тяжелым матом же и укрывшись, сладко спали несколько мальчишек. На соседней куче матов расположились девочки.
А возле бумажной декорации, которая изображала какую-то деревянную дверь, ансамбль подпевал, тройка танцовщиц и главные герои добивались слаженности своих действий. Когда Арина Балованцева, взмахнув рукой, в сто двадцать пятый раз скомандовала начинать, артисты вновь запели и закружились. Арина внимательно следила за ними. Скоро эта партия артистов должна была отправляться на маты спать. А сменить её на сцене предстояло тем, кто дрых сейчас без задних ног. Настоящей проблемой было ещё добудиться их...
Витя Рындин подошел к Арине, сидящей на длинной скамейке. Только что он укрывал курткой Костика Шибая, который уснул на своем посту около входной двери. Правда, уже давно никто не делал попыток проникнуть в спортивный зал, но Костик упорно продолжал сидеть у входа и караулить.
- Вить, ты чего не спишь? - принимая из рук Вити стаканчик со своим любимым "Колокольчиком", спросила Арина.
- А ты?
- Мне нельзя. - ответила Арина, махая рукой подпевалам, чтобы они прекратили петь и не заглушали солистов. - Без меня, видишь, никак. А ты иди. Ты же ещё вообще не спал.
- Но ты же тоже не спала.
- Я режиссер сейчас, Витя. - повернувшись к нему, сказала Арина, зевая и закрываясь ладошкой. - Надо все доделать. Да и осталось-то чуть-чуть. Так что не могу я спать.
- А раз ты не спишь, то и я не буду. - усаживаясь рядом с Ариной, заявил её верный друг и телохранитель.
- Спасибо. - прошептала Арина.
И улыбнулась. Но так, чтобы Витя не заметил.
Глава ХII
Без сопливых скользко
И вот наступило утро. Яркими солнечными лучами наполнился спортивный зал, так что пришлось выключать прожекторы.
Рассвело и в Жекиной квартире. Уже две старушки-соседки - ранние пташки, не поленились, выползли из своих жилищ и принялись названивать в Жекину дверь, требуя немедленно их впустить. Чего старушки хотели конечно, разъяснения того, почему у этого негодяя Евгения в квартире музыка всю ночь играла. Жека мужественно держал оборону - разговаривал с ними через дверь. Чтобы не отвлекать своих артистов от последних мгновений репетиции. Старушки грозили ему милицией, тюрьмой и сибирской ссылкой в лагерь для малолетних преступников. Жека соглашался, но дверь не открывал.
В школе начались уроки. Петр Брониславович появился на своем рабочем месте. Первым по расписанию был у него сегодня урок физкультуры в одном из седьмых классов. И он не пустил семиклассников в спортзал, а с утра пораньше выгнал их на свежий воздух.
Потому что в спортзале у его подопечных продолжалась репетиционная работа. Те же ребята из восьмого "В", кто мог быть пока свободен, отправились на уроки.
А Арина с Зоей в очередной раз переписывали слова - потому что то и дело в тексте всплывали разные ляпсусы и нестыковки. Антоша Мыльченко крутился рядом, пытаясь давать дельные советы. Он чувствовал свою особую значимость и ответственность, а потому старался быть полезным везде.
Витя Рындин сидел рядом с ними - внимательно следил за Антошей. Сегодня ночью Косте Шибаю пришла мысль о том, что "ашки" могли пронюхать о том, что Антошка будет играть в оперетте главную роль, а потому чисто из вредности утащить его. Чтобы постановку оперетты сорвать. Чтобы конкурентов было меньше, а шансов на победу, соответственно, больше, этих конкурентов нужно нейтрализовывать... Витя хоть и заявил Костику, что того уже самым настоящим образом клинит, но помогал ему нести бдительное наблюдение. Мало ли...
- Балованцева, Балованцева! - на большой перемене влетела в спортзал Даша Спиридонова, которую с репетиции пока отправили на уроки. - Ага, вы тут сидите, не учитесь, одни мы должны как дураки...
- Ты что-то хотела сказать, Даша? - спокойно спросила Арина. Выкладывай. А нет - будь добра, не кричи. Ты мешаешь.
Спиридонова сразу осеклась.
- Там, в учительской, сейчас жеребьевка будет происходить! - сказала она. - В смысле восьмые и девятые классы будут тянуть бумажки, кто за кем сегодня выступает. А мы...
- Ну что, и нам нужно бумажку вытянуть. - согласилась Арина.
- Ну, ну... - пробормотала Даша нетерпеливо и, точно запыхавшийся пони, взмахивала челкой и, будто копытцем, била по полу туфелькой.
- Так беги, вытяни нам эту бумажку. - с удивлением посмотрела на неё Арина. - Мы же должны знать, после какого класса нам выступать?
- Да.
- Тогда действуй, мы ждем тебя.
Даша убежала. Витя Рындин с восхищением посмотрел на Арину. Он себя так по-королевски вести не умел. А Балованцева умела. И была в этом просто прекрасна, как настоящая королева. Вите ещё сильнее захотелось быть Арине полезным, нужным, мечталось защитить её от кого-нибудь, чтобы Арине было от этого хорошо, чтоб она оценила... Он поднялся со скамейки, непонятно зачем, но старательно отогнал от Арины своих же родных одноклассников - участников хора. Сказал им, чтоб подождали с вопросами: ведь Арина занята. И с приятным чувством выполненного долга вновь уселся возле предводителя.
Весть Даша Спиридонова принесла быстро - восьмой "В" выступал вторым. После балета.
- Нашим врагам и конкурентам "ашкам" больше повезло, - обиженно шепнул Арине Костик, - они предпоследними будут играть.
- Ничего не повезло. - покачала головой Арина. - К этому времени люди уже просто устанут смотреть. Шуметь все будут, гадости из зала кричать.
- Нет, они на нас все гадости истратят. - не согласился Костик. - Всю нашу постановку обсмеют...
- Плохо вторыми! - вопила Накокова. - Плохо! Кто тебя просил, Спиридонова, такую бумажку тащить?
- Сама бы и тащила, раз не нравится! - прелестницы из кордебалета уже готовы были сцепиться.