— А ты… — Асакура наклонился ближе, и Рё невольно затаил дыхание, ощущая на своих губах его горячее дыхание. — Ты не такой.
Рё инстинктивно отвёл глаза, ощущая, как щеки начинают гореть. Близость Асакуры пугала и волновала его одновременно. Он чувствовал исходящую от него скрытую силу, опасность, которая, однако, не отталкивала, а притягивала, словно магнит.
— Я… я не хочу… быть как они, — прошептал он, и голос его дрожал от напряжения.
— Вот как? — Асакура слегка отстранился, но не убрал руки с его плеч. — И кем же ты хочешь быть, Рё?
Его вопрос, заданный тихим, почти интимным тоном, прозвучал вызовом, перед которым Рё не мог устоять. Он поднял голову, встретившись с ним взглядом, и в его душе вспыхнуло чувство противоречия. Он не хотел быть послушной марионеткой в руках этого опасного человека, не хотел становиться частью его мрачного мира… Но ещё сильнее он не хотел терять его внимания, которое, казалось, стало для него чем-то важным и необходимым, как глоток воздуха.
— Я… я ещё не знаю, — честно признался Рё, и в его голосе впервые прозвучала не трусость, а вызов.
Асакура замолчал, словно обдумывая его ответ. Он внимательно смотрел на Рё, и тот, под его пристальным взглядом, невольно заёрзал в кресле, чувствуя, как его щеки вновь начинают гореть.
— Интересно, — наконец, протянул Асакура, и уголки его губ слегка приподнялись в тене улыбки. — Очень интересно…
Он наклонился ближе, и Рё, не в силах сдержаться, зажмурился, ожидая… чего?
Но Асакура не поцеловал его. Он лишь коротко рассмеялся — низко, хрипло, — и, выпрямившись, отступил назад.
— Отдохни несколько минут, — сказал он, и в его голосе снова послышались нотки холодной властности. — Потом я объясню, что тебе нужно будет сделать с этими документами.
Асакура вернулся к столу и, сев в кресло, многозначительно постучал пальцами по крышке лежавшей там папки.
— Здесь… договоры, — негромко произнёс он, бросив на Рё быстрый взгляд. — Тебе нужно… проверить некоторые данные. Имена, даты, суммы… — он усмехнулся уголком губ. — То, что ты умеешь делать лучше всего. На всё про всё — неделя. Потом привезешь мне отчёт. Вопросы?
Рё покачал головой, чувствуя, как в груди неприятно сжимается что-то холодное. Ещё одно испытание. Ещё одна ступенька в мир, где царят цифры, долги и жестокость.
Асакура протянул ему сложенный вчетверо листок бумаги.
— Код от папки, — коротко бросил он, отворачиваясь к окну. — И Рё… не разочаровывай меня.
Рё молча взял бумажку, сжал её в кулаке и встал со стула. В голове было пусто, словно вымели веником. Он не чувствовал ни страха, ни возмущения, ни даже любопытства — только тупую обречённость. Он был пешкой в чужой игре, и от него ничего не зависело.
— Я… я пойду тогда, — пробормотал он, направляясь к выходу. — Водитель…
— Водитель отвезёт тебя домой, — не оборачиваясь, бросил Асакура. — У меня здесь ещё дела.
Рё кивнул, не зная, ожидает ли Асакура ответа, и вышел из кабинета.
В холле было пусто, лишь у стены ещё курил, нахмурившись, тот самый мужчина — управляющий «Красной книгой». Увидев Рё, он бросил сигарету на пол и раздавил её ногой с такой силой, словно хотел стереть с лица земли.
— Ну что, — прохрипел он, делая шаг навстречу Рё и вновь запахнув на все пуговицы пиджак, словно пытаясь спрятаться от его взгляда, — наговорился с нашим… господином?
Рё молчал, не зная, чего от него ждать. Он лишь чуть прищурился, наблюдая, как играют на шее мужчины желваки.
— Знаешь, мальчик, — продолжал мужчина, и в его голосе теперь явно слышалась злоба, смешанная со страхом, — ты здесь никто. Расходный материал. Игрушка в его руках. Думаешь, он действительно…
Он не успел договорить. Рё, действуя на одних инстинктах, резко схватил его за воротник и притянул к себе.
— Ещё слово, — прошипел он, и его голос, звучавший тихо и угрожающе, не был похож на его собственный. — Ещё один звук… и ты пожалеешь, что родился на свет.
Мужчина испуганно замолк, бледнея на глазах. Он пытался что-то сказать, но Рё уже отпустил его и, развернувшись, направился к выходу, оставляя его стоять, трясясь от бессильной злобы.
У самой двери Рё остановился и, не оборачиваясь, бросил через плечо:
— А насчёт игрушки… ты не прав. Он… — Рё на мгновение замолчал, вспоминая прикосновение Асакуры, его горячее дыхание у самого лица, — …он бы не стал так обращаться с игрушкой.
И, не дожидаясь ответа, вышел на улицу, где его уже ждала машина.
Глава 16. Цифры и тени