— Дружили? — хриплый смешок вырвался из груди Асакуры, и тень улыбки промелькнула на его губах, делая его лицо ещё более пугающим. — Не лги мне, Рё. Ты ведь не глупый мальчишка. Ты знаешь, что между нами… нет и не может быть дружбы.
Он наклонился к нему, так близко, что Рё почувствовал на своих губах его прерывистое дыхание.
— Что он тебе рассказал? — прошептал Асакура, и его пальцы, заключённые в чёрные перчатки, легли на его шею, словно тиски.
— Ничего, — Рё с трудом проглотил ком, застрявший в горле. — Он… ничего такого не говорил.
— Не лги мне! — рыкнул Асакура, и Рё вздрогнул от звука его голоса, словно от удара. — Я чувствую… ты что-то скрываешь. Ты… ты боишься меня?
Он приблизился ещё на шаг, и Рё почувствовал, как его прижали к холодной стене террасы. Он не мог пошевелиться, не мог дышать, не мог даже отвести взгляда от темных, пылающих глаз Асакуры.
— Я… — Рё пытался что-то ответить, но слова застряли в горле. Он действительно боялся. Но не так, как обычно боялись Асакуру — до дрожи в коленях, до липкого холода в животе. Он боялся тех чувств, которые проснулись в нём рядом с этим опасным, непредсказуемым мужчиной. Чувств, которые он не мог понять, не мог принять… но и не мог больше игнорировать.
— Смотри на меня, — приказал Асакура, и его голос, хоть и был тихим, прозвучал так, словно он перерезал ножом натянутую до предела струну.
Рё поднял голову, встретившись с ним взглядом. И в этом взгляде, в глубине чёрных, как ночное небо, глаз, он вдруг увидел… не гнев, не презрение, не холодное безразличие, к которому уже начал привыкать. Он увидел… себя. Своё собственное отражение — испуганное, растерянное… и странно завороженное.
Асакура резко выпрямился, убирая руку с его шеи.
— Иди к себе, — бросил он, отворачиваясь и делая шаг назад. — Тебе нужен отдых. Завтра я поеду на встречу сам.
Рё хотел было спросить, что он имеет в виду, но Асакура уже скрылся в доме, оставляя его на пустынной террасе наедине с ночью, полной загадок и невысказанных слов.
Рё остался стоять на террасе, словно пригвождённый к месту. Слова Асакуры, его прикосновение, его взгляд… всё это всколыхнуло в нём какую-то непонятную, тревожную бурю эмоций. Он чувствовал себя так, словно его пропустили сквозь жернова, перемолов в порошок все его прежние убеждения, страхи, надежды.
В доме его ждала тишина — тяжёлая, настороженная, словно тишина перед бурей. Рё прошёл в столовую и, не включая свет, подошёл к окну, глядя на сад, залитый серебряным светом луны.
Рё поёжился, ощущая, как по спине пробежали мурашки. Он понимал, что чем глубже он погружается в мир Асакуры, тем труднее ему будет из него выбраться. Но… раз ли у него есть выбор?
Он подошёл к столу и включил лампу. Папка с документами, полученная от Асакуры, всё ещё лежала там, где он её оставил, словно немой укор его слабости и нерешительности.
« Нужно закончить с этим сегодня», — подумал Рё, садясь за стол и беря в руки первый договор. — Чем быстрее я это сделаю, тем лучше.
Он принялся за работу, стараясь сосредоточиться на цифрах и фактах, забыть о странных словах Широгане, о холодном гневе Асакуры, о тех чувствах, которые он всё ещё не мог себе объяснить.
Время текло незаметно. Тишину нарушал лишь скрип ручки по бумаге да тихое тиканье старинных часов на стене.
Рё работал без усталости, словно одержимый, словно пытался убежать в мире цифр от самого себя.
Телефон на столе завибрировал, сообщая о новом сообщении. Рё бросил взгляд на экран и улыбнулся. Мари.
«Ты где пропадаешь? — гласило сообщение. — У меня тут такие новости!»
Рё ответил, и они проговорили почти час, обсуждая школьные сплетни, новый фильм, который они давно хотели посмотреть… Всё то, что ещё недавно казалось Рё таким далеким и незначительным.
Разговор с Мари, лёгкий и беззаботный, словно вернул его к жизни, напомнил о том, что у него ещё осталось что-то хорошее, светлое в этом мире, полном теней.
Он закончил работать поздно ночью, когда луна уже скрылась за горизонтом, а в окне забрезжил бледный рассвет. Усталости он не чувствовал, лишь странную пустоту внутри, словно всё, что он делал в последние дни, было лишь бессмысленной суетой.
Рё встал из-за стола и подошёл к окну, глядя на рождающийся день. Что принесёт ему этот день?