Асакура остановил машину в нескольких метрах от склада, из которого доносились приглушённые голоса и… ещё какие-то звуки, не оставлявшие сомнений в том, что здесь происходит нечто… незаконное.
Он не стал дожидаться приглашения, вышел из машины и, закутавшись в ворот пальто, направился к входу. Снег под ногами хрустел остро, словно предупреждая о том, что молчание — золото.
Внутри склада было темно и холодно, пахло машинным маслом, железом и… чем-то ещё… тем, что заставляло волосы на затылке шевелиться от неприятного предчувствия.
Асакура тихо приблизился к источнику света и заглянул в проём между стеллажами.
Широгане, его двоюродный брат и… правая рука, стоял посреди склада, засунув руки в карманы брюк и наблюдая за тем, как двое его помощников выводят… нет, скорее — выволакивают… из склада какого-то типа в кожаной куртке и с окровавленным лицом.
Снег вокруг них был залит… кровью. Не то чтобы Асакура был слишком уж впечатлительным, но… количество крови на полу намекало на то, что разговор был… не из приятных.
— …Ещё раз… ты… привезёшь мне… этот… брак… — медленно, с расстановкой проговорил Широгане, и его голос, обычно такой тихий и спокойный, сейчас звучал словно ледяной ветер, — и я сделаю… из тебя… новогодний подарок… для твоей семейки…
Тип в кожанке что-то пролепетал в ответ, но Широгане уже не слушал. Он махнул рукой, и его помощники, не церемонясь, вытолкнули беднягу на улицу.
Широгане проводил их взглядом, потом достал из кармана носовой платок и, не торопясь, вытер руки… от крови.
— Семейные дела… — раздался за его спиной спокойный голос Асакуры, и Широгане резко развернулся, словно подброшенный пружиной.
Увидев брата, он улыбнулся — широко, искренне, словно они не виделись несколько лет, а не пару дней.
— Кен! — он шагнул навстречу Асакуре, протягивая ему руку. — А я думал, ты ещё… в облаках витаешь…
Они пожали друг другу руки — крепко, по-мужски, — и Асакура, усмехнувшись, кивнул в сторону дверей, за которыми исчез неудачливый поставщик оружия.
— Надеюсь, этот тип… не слишком испортил тебе… настроение перед праздниками?
Они доехали до дома Широгане.
Широгане, жестом пригласив брата пройти в дом, сам закрыл за ними дверь.
— Кофе? Виски? — предложил Широгане, проходя к бару, на котором царил идеальный порядок — каждая бутылка стояла строго на своём месте, словно солдаты на параде.
— Кофе, — кивнул Асакура, опускаясь в глубокое кожаное кресло. — Мне ещё… нужно ехать…
Широгане молча налил кофе в две чашки и протянул одну из них брату.
— Ты… что-то хотел обсудить? — спросил он, усаживаясь напротив и внимательно глядя на Асакуру. Он знал — брат не стал бы приезжать к нему так поздно, да ещё и после того, как…
— Ичиро, — коротко бросил Асакура, прерывая его мысли.
— Что с ним? — Широгане не стал скрывать своего… любопытства.
— он подвел меня, — Асакура сделал глоток кофе, словно желая оттянуть момент признания. — Он… допустил ошибку. Скрыл от меня… важную информацию…
— И ты… наказал его? — Широгане слегка улыбнулся краем губ. Он не питал особых иллюзий насчет методов брата.
— Он больше не имеет отношения к «Красной книге», — спокойно ответил Асакура, встретившись с ним взглядом. — И… я хочу, чтобы… ты… возглавил… её.
Широгане чуть не подавился кофе.
— Что? — он удивлённо посмотрел на брата. — Ты… серьёзно?
— Вполне, — Асакура поставил чашку на стол. — Ты… единственный… кому я… могу… доверять…
— Но… Ичиро… он ведь… — начал было Широгане, но Асакура остановил его жестом.
— Ичиро совершил… глупость. — Его голос был холоден, как лезвие катаны. — Он спрятал… одного… человека… отдал его каким-то … «ангелочкам»…
Глаза Широгане заблестели. Вот оно. То, ради чего он был готов на всё.
— «Ангелочки»? — медленно произнёс он, смакуя каждое слово. — И… что же это за… птичка… попала в его… сети? Неужто Рё?
—Да — отрезал Асакура, но Широгане знал — брат не стал бы скрывать от него… такую пикантную деталь просто так.
— И долго ты ещё собираешься… скрывать правду от Рё,что мы братья?— не унимался Широгане.
Асакура замолчал, и тень легла на его лицо, скрывая его мысли от посторонних глаз.
— Я… расскажу ему… — пробормотал он, скорее себе, чем брату. — Но… позже…
— Как скажешь… — Широгане пожал плечами, но в его голосе прозвучало… разочарование? — Я… устал притворяться… просто… другом…
— Ты… изменился, Кен, — вдруг сказал Широгане, внимательно глядя на брата. — Я… не узнаю тебя… в последнее время…
Асакура нахмурился, словно ему не понравились эти слова.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он, и в его голосе прозвучали холодные нотки, за которые он и получил своё прозвище — «Ледяной дракон».
— Просто… ты… стал… другим, — Широгане пожал плечами, словно речь шла о чем-то несущественном. — Раньше… ты бы… не стал с кем-то так сближаться.
Асакура молчал, бесцельно вертя в руках пустую чашку из-под кофе. Широгане был прав. Он и сам чувствовал, что… что-то в нём… надломилось… изменилось… с тех пор, как…
— Это… из-за него… да? — тихо спросил Широгане, и Асакура резко поднял голову, словно его застали врасплох. — Из-за этого… твоего… ангелочка…
— Не смей так его называть, — прошипел Асакура, вскакивая с места. — Он не имеет к этому… никакого отношения…
— Не обманывай себя, Кен, — Широгане не испугался его гнева. Он слишком хорошо знал брата, чтобы бояться его вспышек ярости. — Этот мальчик… он… разбудил в тебе… то, что ты… так долго… подавлял…
Асакура ничего не ответил, лишь резко повернулся и направился к выходу, словно желая побыстрее покинуть это место, которое вдруг стало ему… тесным, душным, как тюремная камера.
— Будь осторожен, Кен, — раздался за его спиной голос Широгане, и в этих словах Асакура вдруг услышал… заботу? — Не потеряй его… Я… не хочу, чтобы ты… снова стал… тем… кем был…
Асакура остановился у двери, не оборачиваясь.
— Не волнуйся, — хрипло проговорил он, сжимая кулаки. — Я не позволю… никому… его… забрать…
Он вышел из дома и захлопнул за собой дверь, словно отрезая себя от… прошлого? От себя прежнего?
Он ещё не знал… какую цену… ему придётся заплатить за эти… перемены.