— Я хотел… защитить тебя… — Рё приблизился еще ближе, и его губы… мягкие, теплые… коснулись губ Асакуры. — Вспомни… вспомни наш поцелуй…
Его палец, дрожа, провел по нижней губе Асакуры, словно… вырисовывая… контур… их… последнего… поцелуя?
— Ты ты был ранен — продолжал Рё, и в его голосе… в его голосе звучала… боль? — Мы бы не ушли от него живыми.
Он замолчал, словно вновь переживая тот момент… момент, когда… принял… решение?
— Я не мог рисковать тобой… — прошептал он, и Асакура увидел да, он ясно увидел в его глазах страх тот самый животный страх который он испытывал тогда… в коридоре… — И тогда я согласился на его условия.
Рё резко отодвинулся от Асакуры, словно боясь его реакции?
— Теперь Синдзи больше нет — проговорил он, и в его голосе вновь появилась… та самая ледяная уверенность… — Его люди его деньги его связи все это теперь моё.
Он усмехнулся, и Асакура поёжился. Эта улыбка она была ему незнакома чужаяю
Рё поднялся с дивана, подошел к столу, налил себе виски в бокал… движения его были плавными, отточенными… словно он репетировал их… тысячу раз…
— Хочешь знать как это было? — спросил он, не оборачиваясь. — Как умирают монстры?
Комната отеля пахла дорогим алкоголем и страхом. Синдзи, полулежа в кресле, разглядывал Рё с нескрываемым удовлетворением.
— Ты хорошо справился, — прохрипел он, беря со столика бокал с шампанским. — Даже лучше, чем я ожидал.
Рё молчал, стоя у окна. Город, раскинувшийся у его ног, казался ему… игрушечным. Ненастоящим…
— Асакура он уже почти… у меня в руках — продолжал Синдзи, делая глоток шампанского. — Ещё пара недель и
Он не успел договорить.
Выстрел прозвучал оглушительно в тишине номера. Синдзи замер, выронив бокал из рук… на его белоснежной рубашке… медленно… расплывалось… кровавое пятно…
— Прощай — прошептал Рё, опуская пистолет - Асакура толко мой
Тело Синдзи, всё ещё содрогаясь в последних конвульсиях, медленно осело на пол, окрашивая дорогой ковер в багровый цвет. Но Рё, казалось, не замечал ни крови, ни смерти, царившей теперь в роскошном номере отеля.
Он швырнул пистолет на стол — тот звякнул, ударившись о хрустальный графин, — и наклонился над поверженным врагом.
— Ты— прохрипел он, хватая Синдзи за воротник и приподнимая его над полом. — Ты забрал у меня три года…
Удар. Ещё удар. И еще
Рё бил беспощадно, жестоко словно пытался выбить из бездыханного тела не жизнь нет а собственную боль?
Он остановился, лишь когда кулаки его оказались в крови, а лицо Синдзи лицо превратилось в кровавое месиво.
— Рё — голос Асакуры вернул его к реальности. — Хватит он мертв
Рё медленно поднялся оглядываясь по сторонам — словно не узнавая ни места ни себя
— Мертв… — повторил он, и на его губах… на его губах появилась… улыбка? — Да… теперь… он… мертв…
Он подошел к Асакуре, который все еще сидел за столом, словно прикованный к месту, и, опустившись перед ним на колени, обнял его крепко до боли.
— Теперь все будет по-другому — прошептал он ему в шею, и Асакура почувствовал как его тело дрожит.
— Рё что что тв — он хотел было отстранить его, но Рё не позволил.
— Тише — он провел пальцами по волосам Асакуры, словно успокаивая убаюкивая — Я теперь я никогда не отпущу тебя.
— Рё… я — Асакура попытался что-то сказать, но слова вновь застряли в горле. Он не знал… что говорить как реагировать. Все это было слишком непостижимо.
Но Рё, казалось, не нуждался в словах. Он поднял голову и посмотрел на него — и в этом взгляде в этом взгляде, таком знакомом и в то же время таком чужом Асакура увидел любовь? Или это было отражение его собственных чувств?
Рё наклонился ближе, ещё ближе и их губы встретились.
Этот поцелуй он был другим не таким, как раньше. В нём не было нежности, страсти, робости первых прикосновений. Был голод отчаяние желание убедиться, что это не сон.
Асакура закрыл глаза, отдаваясь во власть этого чувства, — он так долго так безумно долго мечтал о нем о Рё о его прикосновениях.
Они оторвались друг от друга, лишь когда у обоих перехватило дыхание. Рё улыбнулся, и Асакура впервые за все это время поверил да, он поверил, что не все потеряно.
— Теперь мы можем быть вместе — прошептал Рё, проводя пальцами по щеке Асакуры. — Ты и я «Красная книга» и «Тысячеглазый дракон» вместе мы сможем.
Он не договорил, но Асакура и так понимал о чем он.
Вместе они будут непобедимы.
Глава 36. Тени прошлого
Дождь стучал по крыше лимузина, словно пытался пробиться внутрь, к Асакуре, сидевшему с безупречно прямым позвоночником, но сжатыми в кровь кулаками. Он смотрел сквозь тонированное стекло на неоновые вывески, отражавшиеся в лужах, и думал о том, как странно оказаться в роли второго плана в своей же истории.