- Давай с нами! - Арина махнула ему рукой.
Вмиг повеселевший Антошенька аж подпрыгнул на месте и бросился вслед за ними.
- Тогда уж я и Зою позову? - предложил Федя, который помнил, как мучается на солнцепеке ответственная за охрану дальних подступов Редькина.
Костя Шибай неодобрительно посмотрел на него, и Федя, словно извиняясь, пожал плечами. Костя испытывал что-то вроде ревности, ему не нравилось, что этот пан Теодор так активно внедряется в их компанию. Но сейчас было не до этого. Да и Зоя уже сама подбежала к своим друзьям.
Дверь жилища Петровича была, разумеется, закрыта. Костя, при активной помощи все того же пана Теодора, выдернул резинку из окна вагончика. Все дружно надавили на стекло, и оно упало внутрь.
- Я первая лезу! - заявила Арина, но ей этого сделать не дали, и первым в вагончик влез Костик.
Все остальные по очереди тоже влезли и оказались внутри вагончика. Один Федя остался караулить. Долго возилось Братство Белой Руки в тесном и захламленном жилище пузатого воришки. Монитор от компьютера обнаружился под столом, накрытый тряпками, носками и прочим барахлом. Процессор тоже долго искать не пришлось, он лежал под продавленной панцирной кроватью, упрятанный в коробку от макарон. Больше всего возились с принтером, которого, хоть ты тресни, нигде не было.
- Неужели наш пузан успел принтер кому-то толкнуть? - почесал голову Костик, уже в сотый раз обводя комнату взглядом. - Это хуже.
Но не напрасно Зоя Редькина забралась в вагончик. Она оказалась самой глазастой и вскоре обнаружила принтер. Он висел на вешалке под ворохом одежды, упрятанный в тряпичную сумку.
- Отлично, все три предмета гарнитура на месте. - Арина с довольным видом потерла руки. - Ребята, нам с вами повезло больше, чем Остапу Бендеру и Кисе. Ну, теперь можно и к начальнику лагеря поторопиться.
Они аккуратно вылезли в окно. Начальник лагеря был обнаружен ими на центральной аллее. Он широко размахивал руками и давал активно работающим над устройством какого-то балагана воспитателям ценные указания. Лицо и голос Арины, которая обратилась к Анатолию Евгеньевичу с просьбой внимательно выслушать её друзей, были такими серьезными, что начальник лагеря оставил свои дела и отошел с ребятами подальше от балагана.
Глаза Феди Горобца, который слушал, как рассказывают начальнику лагеря о своих приключениях Арина, Антоша, Зоя и Костя, становились все шире и шире.
Услышав, что во всех кражах виноват душка завхоз, Анатолий Евгеньевич громко крикнул:
- Да этого не может быть!
Любопытствующий народ тут же начал стекаться со всех сторон и внимательно прислушиваться.
- Мы предлагаем вам пойти к вагончику Николая Петровича и во всем убедиться самому. - сказала Арина.
Откуда ни возьмись появились Галя и Боря, они очень волновались и пытались что-то объяснять, решив, что раз Анатолий Евгеньевич так возмущенно кричит, значит, их воспитанники совершили на этот раз нечто чрезвычайно преступное.
- Только придется взламывать замок. - добавил Костя Шибай. - Так что надо ещё и плотника нашего захватить.
Ребята так убеждали сходить посмотреть на вещественные доказательства преступления завхоза, что начальник лагеря кликнул плотника, который долбил что-то на вершине балагана, и в сопровождении огромного количества желающих поглазеть, направился в сторону жилых вагончиков.
- А вы знаете о том, что незаконно врываться в чужое жилище без особых на то санкций? - с сомнением остановившись у двери, спросил у братьев Белой Руки начальник лагеря. Он вообще пребывал в страшной нерешительности. С одной стороны, ему непременно нужно было найти украденный компьютер. Но с другой - врожденная интеллигентность не позволяла ему в отсутствие хозяина взламывать его жилище.
- Да врут они все, только на других с себя вину сваливают! - под руку Анатолию Евгеньевичу крикнула президент Финляндии Анжела. И тогда начальник решился.
- Вскрывай замок! - велел он плотнику.
Дверь поддалась мгновенно. Арина и начальник лагеря с плотником вошли внутрь вагончика, а остальные братья Белой Руки и пан Теодор с ними остались на входе сдерживать наседающую толпу. Анатолий Евгеньевич увидел монитор под столом, принтер в сумке... Губы его дрогнули.
- Да неужели правда? Ах ты, Николай Петрович... А как вы это обнаружили?
- Нам пришлось в окно залезть. - честно призналась Арина. - Выдерни шнур, выдави стекло. Другого способа проникнуть не было. Мы по-разному его выманивали...
- Да не слушайте вы их, - в дверь просунулась голова Анжелы, - ведь сами они воришки, сами взяли, притащили сюда компьютер, и теперь хотят на нашего завхоза спихнуть...
Начальник лагеря с сомнением произнес:
- Арина, так может, правда это вы сами принесли? Хотя...
- Да что вы такое говорите! - возмутилась Арина. - Если мы через окно сюда пролезли, то как же мы монитор-то протащили? Посмотрите, насколько он больше окна. Да и процессор вряд ли бы пролез.
- Да, - согласился начальник, - я не сомневаюсь, что мой компьютер внесли сюда только через дверь.
- Если не верите, - добавила Арина, - то милиция, которую можно хоть прямо сейчас вызвать, проверит наличие на аппаратуре отпечатков пальцев того, кто её сюда принес. Вызываем милицию?
- Нет, ребята, не надо милицию! - засуетился начальник лагеря. Он как не хотел её сразу вызывать и тем самым показывать, что в "Зорьке" не все благополучно, так и сейчас был против.
Он выгнал всех из вагончика завхоза, поставил возле него "охрану" в виде плотника и воспитателя Бори, а сам отправился к воротам караулить тот момент, когда незадачливый торговец древностями вернется в лагерь.
Когда на глазах у остолбеневшего Николая Петровича от кости динозавра отвалился кусок глины и обнажился бок деревянной шпалы, антиквар сказал лишь:
- Да, кинули вас, ребятки, конкретно.
А дальше все произошло очень быстро. Андрюха вывел сморщившегося Петровича во двор, где принялся бить его без какого-либо вступления и подготовительной речи. В основном он бил Петровича извлеченной из целлофана "костью динозавра", глина и щепки от которой летели в разные стороны. За такую наколку и позор перед серьезным антикваром он потребовал у Петровича отдать ему компьютер бесплатно. Затолкав избитого и стонущего подельщика в машину, Андрюха повез его в лагерь забирать компьютер. И хотя Петрович стонал что-то про то, что сейчас опасно, ещё день, можно нарваться на начальника лагеря и все испортить, Андрюха уже ничего слышать не хотел. Он уже придумал, кому продаст компьютер, который плыл к нему в руки даром. А Петровича он решил поставить в полную экономическую от себя зависимость. То есть Петрович в лагере ворует, а он, Андрюха, все забирает себе и торгует, как хочет. И все было хорошо в его новом плане.
...Только у ворот его машину остановил начальник оздоровительного лагеря "Зорька" Анатолий Евгеньевич. Петрович сразу смекнул, что случилось, сполз с сиденья и попытался уползти из машины в приоткрытую дверь. Его схватили под руки и вытащили наружу Наталья Семеновна и начальница столовой. Не раздумывая долго, Андрюха ударил по газам и скрылся. Только пыль на дороге осталась, да и то быстро улеглась.
- Я успел записать номер машины. - сообщил начальнику лагеря Антоша Мыльченко.
- Молодцы, ребята! - едва не прослезившись, проговорил Анатолий Евгеньевич. - теперь-то я понял, почему на записке почерк был детский. Вы уже тогда вора раскрыли, но я вам, глупый такой, не поверил...
Воришку-завхоза повели сначала на опознание в его личный вагончик, а затем на суд в домик начальника лагеря. Весь воспитательский состав сбежался туда. Всем было интересно лично услышать, признает ли Петрович себя вором, или нет. Тот поначалу от всего отказывался, но отказывался вяло, то и дело начиная гнусить и жаловаться на раны и увечья. Образ грядущей милиции, наличие у него в вагончике вещественных доказательств и детей - свидетелей его махинаций с Андрюхой, сделали свое дело. Петрович во всем чистосердечно признался и заплакал. Никто и не догадывался, что плачет он не от раскаяния, а от того, что теперь он никак не мог уже добраться до тех товаров из лагерных запасов, которые он планировал с выгодой продать и даже рассортировал уже на складе. А ещё плакал Петрович, видя свои последние деньги - плату за кость динозавра, которые предъявила Арина в качестве вещественного доказательства.