- Надо же, первый раз тебя вижу, а уже с тобой согласен, – заявил божественный зверь, расслабленно умостившись рядом. – Цилинь, будем знакомы, – представилась химера, отвесив едва заметный кивок живому трупу.
- Лоренцо, так же известный как Фаран. Очень приятно, – ответил на вежливость чёрный маг. – Но разве мы не враги? – спросил герой проклятий, не спуская своих пустых глазниц со сражающихся богов. Деймос был сильнее, лучше вооружён, зато Кали прыткая, и ей было, чем защищаться от вихря ударов мечом и щитом.
- Этот зазнайка мне не хозяин. Я слышал, ты хочешь выжечь его туповатые «законы», – произнёс Цилинь. Его голос был грубым, рычащим, но вместе с тем в нём ощущалась мудрость и покой. Созданию была удивительно приятна компания матёрого человека, живущего неестественно долгую жизнь. Но в отличие от богов, Лоренцо воспользовался каждой секундой для воплощения своих замыслов в жизнь, пускай его вмешательство в мир и было совершенно незримым.
- КАР! – подал голос ворон, что, в отличие от хозяина был не столь расположен к непринуждённой беседе.
- Тише, дитя моё, – успокоил птицу Фаран, переведя пустой взгляд на возможного союзника. По крайней мере, собеседник из чудовища был явно приятнее повелителя ужаса. – Я желаю освободить этот мир, однако одной его гибели будет недостаточно, – заявил Лоренцо, встав на ноги, чтобы указать пальцем в сторону сражающихся. Ослеплённые гордыней и эгоизмом, они выкладывались на полную, совершенно позабыв об изначальных целях своего путешествия в эти джунгли.
- Тебе придётся оторвать астральный мир от материального. Небесники просто так в сторонке стоять не будут. Собственно, поэтому ты их и убиваешь, – вымолвил Цилинь, размяв свою драконью шею.
- Это лишь вынужденная мера. Такая же, как вырезание гнойников, – заявил Лоренцо, окончательно потеряв Деймоса с Кали из виду.
- КАР! КА-АР! – многозначительно вскрикнула златоглазая птица. Что Фаран, что Цилинь одобрительно кивнули его высказыванию.
- Да, Тарсон. Запертым в бесконечном цикле сражений цивилизациям попросту недостаёт времени и сил, чтобы развиваться. Особенно, когда одну из них столь легко порабощать, – проговорил тёмный чародей, окинув заросли своим мёртвым взором. Людей здесь не было, заселяй не хочу. Однако пересекать океан – никаких припасов не хватит. И тут земля содрогнулась…
- Он проснулся. Если ты не так глуп, как они, уходи, – предупредила химера, заприметив вдали возвышающийся зиккурат. Интуиция едва ли не кричала Лоренцо отступить. Разум же предупреждал, что встретиться с магом-целителем куда важнее.
- Ты с нами, Цилинь? – поинтересовался чёрный маг, открывая портал назад на обитаемый континент.
- Всяко лучше, чем с этим якшаться. Однако не думай, что я стану впрягаться за тебя, – ответил зверь, прежде чем уйти вслед за героем проклятий.
По итогу они остались одни. Деймос с Кали не прекращали ожесточённой битвы в окружении поваленных деревьев. Он отразил серию выпадов щитом, вдарил в нос, перешёл в контратаку. Три диагональных удара, и каждый – всего-то прикрытие. Силой мысли бог ужаса подозвал двузубое копьё, чтобы насадить на него непокорную богиню.
- Р-Р-Р-Р-А-А-А-А!!! – заревела женщина. Она предрекла удар, развернулась и схватила древко. Теперь парные зубья направились уже на воителя. Но только он подставил щит, как тут земля почти ушла у них из-под ног. Огромная блочная пирамида восстала из-за лиственной завесы. Боги остановились, почти потеряв интерес друг к другу. И тут с вершины сооружения восстал здоровый крылатый змей. Тридцать метров вдоль, четыре пары крыльев радужных цветов, но самое выразительное – полные злобы глаза поверх клыкастой пасти.
- Кетцалькоатль, я, Деймос, пришёл к тебе!.. – величественно возвестил небожитель, совершенно упустив из виду уход Цилиня… Пытался, но на половине его прервал хозяин здешних мест.
- ВЫ КТО ТАКИЕ?! Я ВАС НЕ ЗВАЛ!!! – звучно воскликнул змей, неестественно порхая в небе.
- Повелеваю тебе своей силой: присоединяйся!.. – призвал воитель, не отрывая внимания ни от одного бога.
- У ТЕБЯ ЗДЕСЬ НЕТ ВЛАСТИ!!! – ответ Кетцалькоатля не заставил себя долго ждать.
- Эй! Мы дадим тебе кровь! Много крови! Ты же этого хочешь? – вклинилась в разговор Кали, символически выставив между богами пару тесаков. В своё время им обоим приносили человеческие жертвы, и она знала, насколько сладко это подношение. – Мы идём войной на королевство отродья Панакеи! Ты с нами?! Или и дальше будешь гнить тут в глуши?! – вопросила богиня разрушения. Потеснить Деймоса в бою ей не удавалось, но вот в переговорах – другое дело. Тот, впрочем, не стал терять удачного шанса.